Книга Лимб, страница 43 – Лора Кейли

— А я о чем! – Матео забрал тетрадку и положил ее обратно в мешок. – Дэн говорил, что каждый живет лишь в своем варианте настоящего, а этих вариантов – огромное множество, этих линий, понимаешь?

— Не совсем…

— Да и я, если честно, не понимаю. Но недавно какие-то из этих линий схлопнулись, и так мы оказались здесь.

— Не в своем настоящем, – понял наконец Адам.

— Да вообще непонятно где. Это даже не время, это Лимб. Понимаешь? То, что между тех самых линий. Типа черной дыры. Ну как-то так.

Адам не понял, но кивнул.

— Но почему твой отец моложе, я так и не понял, но главное, что он есть. Я имею в виду, если он есть, значит, есть шанс, что и Дэн, какой-нибудь другой из тысячи Дэнов, тоже может быть здесь.

— Надеюсь, он не сошел с ума, – вздохнул Адам, проведя пальцем по пыльному окну.

— Ученые с ума не сходят, – успокоил его Матео.

— Это еще почему?

— Они и так ненормальные.

Дома было по-прежнему тихо. Фрэнсис проверил замки, включил свет, окликнул кого-то, сам не зная кого. Глухое «эй» подобием эха разлетелось по тихому дому и так и исчезло в стенах. Сняв ботинки и промокшую куртку, Фрэнсис сел на кровать.

Перед глазами все та же Зои со своим сумасшедшим взглядом и ее нерожденные дети… Двое, двух и пяти лет. Он никогда их не видел, но если бы встретил, наверное, узнал бы в них Зои или Филипа О'Нила – не признавшего их отца.

Фрэнсис вытряхнул папку с делами, взял заявление с именем Зои и опять перечитал. Чем больше он в него вникал, тем больше ему это казалось каким-то непроходимым бредом, и он в этом бреду только бился лбом о бетонную стену…

Как же стреляло в висках!

Может, она не рожала? Может, и не было вовсе этих несчастных детей? Она ведь погибла. Сколько, лет восемь назад? Как же путались мысли. Интересно, где сейчас ее дети?

Фрэнсис перебирал все бумаги, исписанные кривым почерком Рона.

Он хотел объехать всех за день, но как такое успеть? Ночь за окном перевалила за середину, через пару часов будет рассвет.

Доктор сказал, этот случай не первый.

— Таких, как Зои, у нас уже трое, и у всех примерно одна история. О предавшем муже или любовнике, о потерянной семье.

— Потерянной семье, – повторил Фрэнсис и включил телевизор.

Там, на экране, повторный выпуск дневных новостей, которые крутят по кругу каждые шесть часов. Эта бегущая строка на красном фоне, это лицо ведущего, спокойное с первого взгляда, тревожное, если всмотреться.

— Кажется, мы разобрались в том, что происходит, – говорил эксперт с экрана. – В городе наблюдается настоящая эпидемия психического расстройства. Эпидемия раздвоения личности. Что-то повлияло на мозг так, что людям стало казаться, будто они живут не своей, а какой-то совсем иной жизнью, сотканной из домыслов и личных воспоминаний. Все это смешивается и, как в плохом сне, создает кривую картинку. Бред, который кажется реальностью, реальность как отражение бессвязного бреда.

— Но как такое возможно?

— Когда дело касается сознания, возможно все. Человек склонен выдумывать не только настоящее, но и прошлое. Вот в чем суть.

— А как же всевозможные галлюцинации? Нам известно и о таких эпизодах.

— И это туда же, – кивает эксперт. – Данный диагноз допускает и такую игру сознания.

— Очень жестокая игра, скажу я вам, профессор.