Книга Внезапная смерть, страница 83 – Дэвид Розенфелт

Он качает головой.

— Мы продолжили тщательное расследование, но у нас был наш человек.

— Ваше «тщательное» расследование выявило тот факт, что жертва торговал наркотиками?

Дилан вскакивает с места, возражая, что это не входит в рамки его прямого допроса, но я спорю, что входит, поскольку Дилан просил Дессенса рассказывать о расследовании. Харрисон соглашается и разрешает Дессенсу ответить.

— У нас были на то указания, да. Ничего, что было бы доказано.

— Так же, как и вина мистера Шиллинга в этом деле не доказана, поскольку присяжные ещё не вынесли вердикт?

Дилан возражает, что это спорно, и Харрисон удовлетворяет возражение.

Я наступаю.

— Выяснили ли вы, где мистер Престон брал наркотики, которые продавал? — спрашиваю я.

— Не с достаточной уверенностью, чтобы я мог назвать здесь сегодня имя.

Я киваю.

— Справедливо. Я назову несколько имён, а вы скажете, могли ли они быть возможными поставщиками наркотиков мистеру Престону? Например… Альберт Швейцер? Папа Иоанн Павел? Королева Англии?

Дилан снова возражает, называя мои вопросы «фривольными», что не является новостью. Харрисон снова удовлетворяет возражение.

— Капитан Дессенс, — спрашиваю я. — По вашему опыту, являются ли поставщики наркотиков опасными людьми, которые часто нанимают других опасных людей?

Он соглашается с этим, но мало с чем ещё. Я отпускаю его, в основном сделав свою точку зрения: Трой Престон общался с людьми, которые выглядят гораздо более убедительными в роли убийц, чем Кенни Шиллинг.

Когда Дилан завершает представление дела обвинения, я считаю, что у меня есть небольшой, но реальный шанс убедить присяжных, что Кенни не подходит на роль убийцы Троя Престона.

Это потому, что они не знают того, что знаю я.

* * * * *

СЭМ ИЗЛАГАЕТ ИНФОРМАЦИЮ, которую он узнал, прямо и серьёзно. Он даже не использует разговор песнями — таково его понимание последствий этого материала. Сэм — парень из цифр, и он понимает законы вероятности. Эти факты не подчиняются тем законам.

Вопрос в том, что теперь делать. Я не представляю, как мы сможем когда-либо представить это всё судье Харрисону. Если мы придём к выводу, что Кенни не имеет к этому отношения — на том и покончим. Если мы придём к выводу, что он серийный убийца, — нам запрещено это разглашать. Всё, что между ними, если между ними вообще что-то может быть, также является конфиденциальным.

Вся эта работа, по сути, для удовлетворения нашего собственного любопытства, и нашу энергию можно было бы лучше потратить на защиту нашего клиента от предъявленного ему обвинения, а не на то, что он мог сделать помимо этого. Единственное этически оправданное оправдание нашим действиям — это утверждение, что мы готовимся к отдалённой возможности того, что Дилан узнает то, что узнаем мы, и нам придётся защищаться от использования им этих знаний против Кенни. Сказав это, я, конечно, не буду выставлять Кенни счёт за часы, которые мы тратим на эту линию расследования.

Я прошу Лори полностью посвятить себя изучению этих загадочных смертей. Я хочу, чтобы она расследовала каждую из них по отдельности, как я сделал с утоплением Дэррила Андерсона в океане у Асбери-Парка. Возможно, она сможет очистить каждое дело как определённо не убийство, но я сомневаюсь.

Маркус продолжит охранять меня, поскольку наши опасения по поводу Кинтаны абсолютно реальны. Кинтана, возможно, и не убивал Престона, но он уже подсылал ко мне людей, и судьба Адама — свидетельство его безжалостности. Этот парень — настоящий злодей, независимо от того, правдивы наши утверждения о его причастности к убийству Престона или нет.