Книга Внезапная смерть, страница 92 – Дэвид Розенфелт

Но в этом списке есть ещё одно имя, и если Кенни был там, то он был там тоже. До сих пор я считал его жертвой, и у этого всё ещё есть хорошие шансы, но я только что пересмотрел свой взгляд.

Я говорю о Бобби Полларде, общеамериканском старшекласснике, тренере «Джайентс», друге Кенни.

Возможная жертва. Возможный серийный убийца.

* * * * *

МОЙ КЛИЕНТ НЕВИНОВЕН. Сейчас я почти уверен в этом. Было бы хорошо, если бы я знал это раньше — возможно, я мог бы разработать эффективную стратегию защиты. Вторичным, но значительным преимуществом было бы то, что Сесар Кинтана не был бы одержим идеей меня убить.

Осталось решить несколько вопросов, прежде чем я смогу включить Бобби Полларда в свой список законных подозреваемых. Главный из них — его травма: я не уверен, что он действительно парализован. Если я ошибаюсь на этот счёт, то ошибаюсь и насчёт его возможной вины, потому что без мобильности он не мог бы совершить эти убийства.

Ключевой фактор, который применим как к Бобби, так и к Кенни и заставляет меня подозревать Бобби, — это их доступность. Большинство этих смертей произошли, когда «Джайентс» были в соседнем городе на игре. Игроки довольно заняты во время таких поездок, и я не уверен, что у них было бы время планировать и осуществлять эти замаскированные убийства. Предполагаю, что у тренеров тоже есть серьёзные ограничения по времени, но мне нужно это проверить. Но если Кенни был в городе, то и Бобби был там же.

Я звоню Кевину и Сэму, даю каждому кое-какие поручения и прошу их приехать завтра в полдень. Утром я буду в тюрьме, разговаривать с Кенни.

Мне трудно заснуть сегодня ночью. Так много нужно сделать, а у нас очень мало времени и нет реального представления о том, как действовать. Не лучшее сочетание.

Я встаю рано и уже в половине девятого выезжаю в тюрьму. Уилли приезжает прямо перед моим уходом, чтобы сопровождать меня. Кажется, ему нравится роль телохранителя, и меня это устраивает, потому что беспокойство о Кинтане преследует меня двадцать четыре часа в сутки.

Мы в тюрьме к девяти. Я не предлагаю Уилли зайти со мной, но он сам говорит, что не пойдёт. Уилли провёл много лет в тюрьме и не собирается возвращаться туда, даже если он свободен.

Кенни думает, что я пришёл обсудить возможность его собственных показаний. Он уже выражал такое желание, но до сих пор я откладывал этот разговор. Это не изменилось.

— Я не об этом хочу поговорить, — говорю я. — Появилось кое-что важное.

Кенни умудряется одновременно выглядеть и полным надежд, и съёжившимся от страха. Он не знает, хорошие это новости или плохие, но инстинктивно понимает, что они будут важными.

— Говори, — говорит он.

— Вспомни свой выпускной год в старшей школе, когда тот журнал сделал тебя общеамериканцем и привёз в Нью-Йорк на выходные.

Он кивает.

— Помню. Там я и встретил Троя. Я тебе говорил.

— Можешь вспомнить что-нибудь необычное, запоминающееся, что случилось в те выходные?

Он думает мгновение, затем качает головой и улыбается.

— Не считая того, что мы пили пиво — нет.

— Я имею в виду немного более необычное, чем это.

— Тогда ничего не приходит в голову.

— В ту субботу вечером вы пошли в ресторан с остальными игроками. Там был спортивный журналист, и вы с другими игроками нападения попросили его выйти из комнаты, чтобы провести командное собрание. Помнишь это?