Онлайн книга «Край биографии»
|
Еще одним результатом наступившего мира, лично для Георгия, стал отъезд домой его любимого надзирателя. В какой-то момент Ратман даже решил устроить ему темную и подбил на это нескольких ушлых знакомых, для которых японец-аккуратист был не меньшей костью в горле и занозой в одном месте. Но Так смылся из лагеря сам. По слухам, сельский учитель взялся за старое, то есть снова начал преподавать. А Ратманову припомнилась восточная мудрость про то, что, если спокойно сидеть на берегу реки, можно дождаться, пока мимо проплывет труп твоего врага. Скорее всего, Так был жив и даже здравствовал. Но хотя бы мучил теперь не русских пленных, а японских школьников. 9 Но один долг у Ратманова еще оставался. Пока прочие бывшие пленники грезили возвращением домой, у Георгия дома – во всяком случае в России – не было. Зато была возможность заглянуть под Нагасаки, где жили Така и Офудзи. За время плена и работы в лагерной администрации он скопил больше сотни иен – хватило бы и на несколько кутежей с гейшами, и на то, чтобы вдоволь попутешествовать по Японии. Но он потратил деньги на дорогу до Инасы, чтобы еще раз увидеть тот самый домик на склоне. А затем рассчитывал вернуться и успеть на один из пароходов до Владивостока. Родина должна была принять и бездомного… В японскую деревню въехал засветло. Бухта, горы, восходящее солнце – все отошло для него на второй план. В своем воображении солдат рисовал идиллическую картину предстоящей встречи: — Здравствуй, Така! Здравствуй, Офудзи! Давно не виделись! — Здрастути, Гэоргуэ! — Как вы тут без меня? Соскучились?! — Плохо бэз тэбэ! Сосукутирися бэз тэбэ… — А я-то как скучал! Но когда Ратманов взобрался на склон – к слову, с идеальным зрением сделать это было значительно проще, чем раньше, – дом оказался пуст. Вернее, на его месте он увидел лишь пустоту! Даже не развалины, а ровную площадку, будто на ней и раньше ничего не стояло. Грешным делом, на секунду даже подумалось, что это отголоски игр со временем. Мол, Георгий – попаданец, который оказался в том же самом месте, только в другую эпоху: прошлую или будущую. Но здравый смысл все же возобладал, и солдат подошел ближе, чтобы попытаться найти следы недавнего происшествия. Ведь с момента его последней встречи с Такой и Офудзи прошло не так уж много времени, всего около полугода! Обошел квадрат, на котором стоял дом, но без результата. Зато когда прошерстил окружающие заросли, кое-что нашлось. И даже его сердце, заметно очерствевшее за последние годы, сжалось. В траве валялась обугленная головешка… Ратманов покрутил ее в руках и обнаружил знакомый скол – это был обломок седзи, раздвижной стены, что служила ему верой и правдой на протяжении нескольких месяцев. Он поднял глаза. В окне напротив по-прежнему маячила пожилая японка, поливая осточертевший ему бонсай. Взгляды соседей пересеклись. Но времени на расспросы не было: транспорт для бывших военнопленных ждал его в Кобе. Да и что Георгий мог сказать этой женщине на плохом японском? Да и поняла бы она его? Короче говоря, Ратманов проявил малодушие. И ограничился лишь показом неприличного жеста в сторону соседского окна. А поняла ли его старуха, история, как обычно, умалчивает. 10 Из Владивостока забрать своих прибыли четыре парохода: «Киев», «Владимир», «Ярославль» и «Воронеж». Должно было быть семь. Поэтому в те, что были в наличии, набивались как сельди в бочку. Ратманов оказался на «Воронеже» с двумя тысячами нижних чинов, таких же, как он сам. Начальство много говорило о подвиге защитников Порт-Артура. Месяц, проведенный в осажденной крепости, приравнивался к году. По прибытии домой героев ждали приличные денежные выплаты, медали и благодарность от царя-батюшки, а непосредственно во Владивостоке – торжественная встреча с духовым оркестром и хлебом-солью. |