Онлайн книга «Казанский мститель»
|
— Он не даст мне столько денег, — как-то беспомощно развел руками Резниковский. На что Гирша лишь пожал плечами. — Вы хотите, чтобы я украл у отца эти деньги? — посмотрел на лидера партии Гриша. — Я не смогу… Наверное… — Что ж, тогда можешь считать, что я тебя ни о чем не просил. Забудь наш разговор! — холодно промолвил Гирша и с равнодушным видом отвернулся. Лучше бы Гиршфельд ругался и кричал, но не был бы столь откровенно равнодушен, — переносить такое отношение было выше сил Гриши Резниковского. Он посуровел, поиграл желваками и тихо, но отчетливо произнес: — Хорошо. Я достану деньги… * * * Ключевая задумка пришла к нему не сразу. Сначала он вытащил у отца из портмоне два кредитных билета по сто рублей каждый. Похищение кредиток вскоре открылось, произошел крупный скандал, в результате которого Гриша разругался с отцом-прокурором — в труху, в осколки, вдребезги — и покинул отчий дом, снедаемый стыдом и гневом, заявив, что с этого момента он будет проживать отдельно и самостоятельно. Резниковский снял дешевую крохотную квартирку в Собачьем переулке — бывшем овраге меж двумя холмами, куда сбрасывались отходы из торговых рядов на Рыбнорядской площади и мясного базарчика в самом начале оврага. Сюда едва ли не со всего города сбегались лакомиться мясными отбросами целые стаи голодных бродячих собак. Нередко, не поделив между собой кусок протухшего мяса или груду коровьих кишок, псы устраивали суровую грызню, сопровождаемую громким и злым лаем, и тогда овраг обходили стороной едва ли не за версту. Так вначале овраг, а затем и переулок получил название Собачий. Комнаты и квартиры в Собачьем переулке были дешевыми, что привлекало сюда студентов, гимназистов и проституток, снимавших небольшие квартиры, комнаты и углы в одиночку или целым сообществом. А студенты и гимназисты старших классов к блудницам захаживать любили. Да и отчего же не захаживать, если имелся в кармане двугривенный (не пылиться же ему!), а то и полтина, а идти за удовольствием всего ничего: стоит только заглянуть в соседнюю развеселую каморку и побряцать в кармане денежкой. Словом, соседство было выгодным и взаимоприятным. Гриша Резниковский к девицам легкого поведения заглядывал нечасто. Все свободное время он проводил в раздумьях, как не ударить в грязь лицом перед Гиршей Гиршфельдом и добыть деньги для нужд партии социалистов-революционеров, членом которой он являлся. И наконец придумал… В понедельник пятого октября 1903 года практикующему врачу доктору Вахмистрову, имеющему свою усадьбу на улице Первая Гора, разносчик писем принес письмо в штемпельном конверте. Когда доктор раскрыл его и принялся читать, то едва не поперхнулся от страха. Содержание письма гласило, что он, доктор Вахмистров, должен не позднее как сегодня в восемь часов вечера положить сверток с тремя тысячами рублей в нишу дворовой арки с внутренней ее стороны. «Иначе, — как гласило письмо, — все члены вашей семьи, включая старуху-мать и четверых детей, будут жестоко убиты». Письмо было подписано следующим образом: Банда ЧЕТЫРЕХ Через час доктор Вахмистров с посеревшим лицом и блуждающим взглядом сидел в кабинете казанского полицеймейстера Панфилова и показывал ему письмо, которое в его руке мелко дрожало. Еще через час доктор с посветлевшим лицом, верой в правосудие и окрепшей походкой покинул кабинет начальника городской полиции. Домой он возвратился со своим обычным докторским саквояжем, только в нем вместо врачебных инструментов и снадобий лежали деньги: ровно три тысячи рублей. |