Книга Гений столичного сыска, страница 82 – Евгений Сухов

— Я шел в гимназию. Мимо меня быстро проехала коляска, и из нее выпал этот кинжал. Я его подобрал и принес вам, – выпалил Юрка Чикин и нетерпеливо посмотрел на городового. Юрке пора было в гимназию, не хотелось опаздывать на первый урок. Но городовой, как нарочно, принялся задавать разные вопросы: как его зовут, где он проживает, кто родители…

После чего спросил:

— Куда повернула коляска?

— На Архангельскую улицу, – ответил Юрка.

— А кто ехал в коляске?

— Я не видел.

— Выходит, ты не разглядел седока?

— Нет, – чуть подумав, промолвил Юрка.

— Но кто это хоть был – мужчина или женщина? – продолжал допытываться городовой.

— Мужчина, – уверенно ответил Юрка.

— Откуда ты знаешь, что это был мужчина? – слегка прищурился городовой. – Ты же говоришь, что не разглядел седока.

— Я видел пальто и шапку, – убедительно ответил Юрка Чикин. – Такие военные носят.

— Военные? – переспросил городовой.

— Ага, – подтвердил Юрка.

— Стало быть, седок в коляске был в пальто… А точнее, в шинели, – последняя фраза Юрке не предназначалась, в отличие от следующей: – Пальто было серого цвета?

— Да, серого.

— А шапка на нем была такая круглая, барашковая? – снова предположил городовой.

— Да, – последовал ответ.

— Хорошо, – кивнул городовой и куда-то заторопился.

Случись подобная находка не на улице Владимирской, бывшей у всего города на слуху после убийства генеральши Безобразовой и ее служанки Сенчиной, не попадись кинжал гимназисту Юрке Чикину, отнесшему его городовому Зотову, проходившему по означенному делу одним из главных свидетелей, возможно, этому событию и не было бы придано никакого значения.

Городовой Зотов, служака ответственный и рьяный в самом положительном значении этого слова, отнес кинжал в свою полицейскую часть, написав полный рапорт о времени, месте и обстоятельствах нахождения холодного оружия. Кинжал зафиксировали как возможную улику двойного убийства, произошедшего на Владимирской улице, и без промедления показали врачам-экспертам. После чего городовой врач Павел Николаевич Правицкий (делавший заключение по двум найденным при обыске у Константина Тальского кинжалам и признавший, что раны генеральше Безобразовой и ее горничной Сенчиной были нанесены не ими) вынес и собственноручно подписал экспертное заключение, что найденный кинжал по размерам и форме полностью соответствует ранам, нанесенным убитым женщинам. На то, что кинжал мог быть орудием убийства, указывала засохшая кровь, обнаруженная на лезвии, у самой его рукоятки. И еще то, что кончик лезвия кинжала был загнут. Поскольку второй удар, нанесенный убийцей генеральши Безобразовой прямо в печень, вырвал из нее небольшой кусочек, то такое ранение могло быть произведено оружием с загнутым концом клинка. А то, что кончик кинжала согнулся при падении его острием на мостовую, никто, кроме Юрки Чикина, не знал. Да и он сам про это забыл…

Когда Воловцов узнал про найденный кинжал, который вполне мог быть орудием убийства, он тотчас же заторопился к Зотову. Городовой, заложив руки за спину, значительно топтался подле будки. Судебный следователь по особо важным делам шагнул ему навстречу.

— Значит, это вы нашли кинжал?

— Так точно, ваше благородие, – отозвался городовой и подробно рассказал о произошедшем.