Онлайн книга «Агент: Ошибка 1999»
|
Он добрался до раковины в углу, открыл ржавый кран, сунул голову под ледяную воду. В затылок кольнуло там, где вчера приложился о стеллаж. Он зашипел, вытерся рукавом и только тогда заметил в углу зрения синий прямоугольник. ВнИМАнИЕ: СУБЪЕКТ ПРОСнУЛСЯ ВРЕМЯ ПОТЕРЯнО: БОЛЕЕ ЧАСА ОСТАВШИЙСЯ СРОК: МЕнЕЕ 47 ЧАСОВ нЕМЕДЛЕннО ПРИСТУПИТЬ К ВЫПОЛнЕнИЮ — Подожди, — сказал Антон. — Что значит «потеряно»? Пауза у штуки была длиннее обычной. УТОЧнЕнИЕ: СОСТОЯнИЕ нОСИТЕЛЯ ИнТЕРПРЕТИРОВАЛОСЬ КАК «ОБРАБОТКА ЗАДАнИЯ». — Я спал. Ещё пауза. МОДЕЛЬ УТОЧнЕнА. ПОВТОР ИСКЛЮЧЁн. — То есть если я ещё раз усну мордой в пол, ты опять решишь, что я молодец и выполняю задачу? МОДЕЛЬ УТОЧнЕнА. Антон коротко хмыкнул. Почти смешно. Уснул мордой в бетон, очнулся в крови, а это, выходит, тоже считается работой. Полежал. Подумал. Выполнил. Ничего из этого он не выбирал. Ни страну с её новостями. Ни подвал с его бетоном. Ни синий прямоугольник перед глазами. Наверху скрипнул стул. Радио приглушённо запело что-то про любовь, а потом снова полезло в новости. Этот шум был из нормальной жизни. Тётя Зина, сентябрь, выборы, утро, люди наверху. Антон вытер лицо ещё раз и сказал: — Напомни задание. Только тише. От твоих заглавных башка трещит. ЗАДАнИЕ: РАДИКАЛИЗИРОВАТЬ ОППОЗИЦИОннЫЕ СМИ. МЕТОД: ТИПОГРАФСКИЕ нОСИТЕЛИ. СРОК: МЕнЕЕ 47 ЧАСОВ. — Это я помню. Дальше что? Ночью всё это уже казалось бредом. Утром бред почему-то стал плотнее. С конкретными страницами, конкретной бумагой и этим подвалом, из которого некуда деться. УТОЧнЕнИЕ: ОТКРЫТЬ ВОССТАнОВЛЕннЫЙ ФАЙЛ ВЁРСТКИ. ВСТАВИТЬ ДОПОЛнИТЕЛЬнЫЙ МАТЕРИАЛ В РЕКЛАМнЫЙ БЛОК нА СТРАнИЦЕ 27. СОХРАнИТЬ КАК ОТДЕЛЬнЫЙ ФАЙЛ. ИСХОДнАЯ ВЁРСТКА ОСТАнЕТСЯ нЕТРОнУТОЙ. Два файла. Один — Михалычу. Второй — этой дряни. — И по-человечески нельзя? ВнИМАнИЕ: Режим вывода скорректирован. Заголовки — прежний формат. Текст — нормальный регистр. Это приемлемо? — Приемлемо, — сказал Антон. Заголовки всё равно кричали, но остальной текст хотя бы читался не как ор на стадионе. Маленькая «н» на месте большой никуда не делась, но теперь это выглядело не как поломка, а как уродливая заплатка. — Теперь бумага. Я не могу просто так взять её со склада. Запрос памяти: бумажные запасы, места хранения, учёт. В голове будто быстро перелистнули чужой каталог. Стеллаж у задней стены. Пачки по пятьсот. Выцветшая дешёвая бумага, которую никто толком не считает. Три рулона у лестницы, мимо журнала, михалычев левак. Вспышка исчезла. Анализ: достаточно неучтённого запаса. — Не лезь туда без спроса. Принято к сведению. При необходимости запрос повторится. Антон оглянулся на перегородку. За ней стоял ротапринт — старый, бежевый, пахнущий краской. Не большой офсет, а рабочая лошадь для срочных мелочей. От файла до бумаги — считанные минуты. Штука это знала, потому что уже рылась у него в памяти. Он знал и сам: пластину ставишь вручную, экспозиция короткая, вал капризный, зато всё делается на коленке. Для ведомостей, бланков, листовок — идеально. Для тихой маленькой катастрофы тоже. — Ладно, — сказал Антон. — Диктуй. Он сел за компьютер. На экране была открыта вчерашняя вёрстка. В углу экрана висела иконка свёрнутых Героев. Ночью, между правкой файла и звонком Кате, он ткнул «быстрый бой», посмотрел, как игра провела раунд за него, и отвлёкся. Иконка так и висела. |