Книга Последний выживший самурай. Том 2, страница 110 – Сёго Имамура

Даже когда они одного за другим выводили из строя, враг продолжал подтягивать всё новые силы. Судя по всему, их больше сотни.

— Похоже, они вывели против нас целую роту, – сказал Сикура, сокрушая очередной штык и вырубая ещё одного противника.

— Сколько их?!

— Человек двести.

— Многовато…

— Будем избавляться от командиров по порядку, начиная с младших. Тогда они дрогнут.

— Как их отличить?

— Я укажу.

Сюдзиро положил ещё трёх, Сикура – двух: в операционном зале везде лежали раненые и убитые, ступить было негде. Тех, кто ещё дышал, вытаскивали из здания, но на их место уже входили новые волны врагов, безжалостно топча павших.

— Шавки полицейские! – взревел Урумари, стреляя сразу с двух рук. И один револьвер оглушал, а два вместе напоминали раскаты грома.

Он не палил как попало. Рука у него была крепкая, четверо или пятеро пали под его выстрелами.

— Ироха, вот тот, что цокнул! – кричал Сикура, уворачиваясь от вражеской пули.

Короткий меч Ирохи, изгибаясь и вращаясь, пронзил одного из военных. По всей видимости, это был младший офицер или унтер-офицер. Среди стрелков пробежала видимая волна замешательства.

— Они слишком сильны! Нет времени перезарядиться!

— Зовите ещё мечников!

В Сацумском восстании они уже испытали, как стрелковые цепи ломаются под рукопашной атакой. Контрмерой стало прикрывать застрельщиков отрядами офицеров с мечами.

Почувствовав, что вскоре атака усилится, Сюдзиро, продолжая рубить стрелков, крикнул:

— Маэдзима-сан!

— Ещё немного! – раздался его голос.

— Кокусю! – Фунами звал на помощь.

Первостепенной целью врага, судя по всему, был Маэдзима Хисока. Фунами отстреливался от наседавших противников. По словам Синдзиро, это был крайне редкий револьвер двойного действия, который не требовал взвода курка и стрелял при одном нажатии на спуск. Но из-за сложной конструкции он часто ломался, и в Европе и Америке его прозвали «кошмаром оружейника». Но даже с ним наступавших было так много, что патронов едва хватало.

Сюдзиро бросился на защиту Маэдзимы. Он заметил стрелка, целящегося ему в спину. Зацепившись ногой за высокий шкаф, он подпрыгнул и почувствовал, как пуля свистнула прямо под его ногой.

— Перезаряжайся сейчас, – прошептал Сюдзиро и мгновенно уложил двоих патрульных, одного мечника и одного стрелка. Оконные стёкла одно за другим бились, и через них внутрь проникали солдаты.

— Не робейте!

— Наступаем!

Через главный вход вошло двое офицеров с мечами: у обоих катаны. Некоторые продолжали использовать их вместо уставного оружия, ведь сабли хрупки. С первого взгляда было ясно, что оба – великолепные мастера. Противник бросил в согласованную атаку третьей волной именно их. Похоже, эти двое и были их тайным козырем.

— Госэн Юма и Адзума Рокуити! Они сильны! – выкрикнул Урумари, вновь стреляя с двух рук. Но враги мгновенно разошлись в стороны, уклонились и, словно обходя с флангов, устремились вперёд. Их целью был Маэдзима.

— Сикура, братишка!

— Оставь тощего мне!

Они сошлись: Адасино Сикура против Адзумы Рокуити, Кинугаса Ироха против Госэна Юмы.

Сюдзиро, сражаясь бок о бок с Фунами, уловил нечто странное. Возле входной двери стоял мужчина. Из-за того, что свет бил в глаза, черты лица плохо различались, но сомнений не было.

— Маэдзима-сан, вы закончили? – грозно прикрикнул Сюдзиро.