Книга Последний выживший самурай. Том 2, страница 50 – Сёго Имамура

— Спасите Синдзиро-сан! – истошно заорала Футаба, чем привлекла внимание зевак.

— Кацуки-сама, прошу вас успокоиться. В противном случае я сочту это нарушением вашего обещания, – резко бросил Цурубами.

А он умён, раз заменил «правила» на более мягкое «обещание».

— Но у нас же есть жетоны…

У Сюдзиро было целых шестнадцать, и их хватило бы и на Синдзиро. К тому же они не забрали его личный жетон, поэтому Футаба была уверена, что они пройдут все вместе.

Однако причина крылась в другом. Потеря жетона означала немедленное выбытие. Поэтому жетон Синдзиро оставили лишь с одной целью – посмотреть, что будет, когда собрать больше очков станет попросту невозможно.

— Футаба, хватит. Нам самим нужно выжить!

Сюдзиро изо всех сил старался сохранить спокойствие. Да, они смогут преодолеть Тирю, но для прохода через Хамамацу нужно было набрать десять очков. Сейчас у них нет даже тридцати, чтобы все трое смогли двинуться дальше к Токио. А если к ним присоединится ещё и Синдзиро, всё станет куда сложнее: сорок очков – в Хамамацу, шестьдесят – в Симаде, восемьдесят – в Хаконэ.

Чем дальше они будут продвигаться, тем больше жетонов потребуется и тем сильнее будут становиться их противники. А значит, усилия, необходимые для добычи очков, возрастут многократно.

— Я понимаю… Я и одна для вас обуза, – Футаба опустила голову, и Кёдзин тут же отпустил её руку.

Синдзиро, хоть и трясся от страха, но собрался с последними силами, сжал кулаки и обернулся.

— Это заслуженная кара. Спасибо, Футаба… – Он улыбнулся.

Пускай и против своей воли, Синдзиро оказался среди тех, кто на него напал. Но, видя, как Футаба даже в таком положении пытается его уберечь, он, вероятно, ответил ей с такой добротой, на какую только был способен

— Кацуки-сама, я же сказал успокоиться! – Голос Цурубами стал строже.

— Я могу вернуться?

— Это не возбраняется, но…

— Хорошо, – кинула Футаба и побежала.

— Футаба!

Сюдзиро попытался её схватить, но не успел: девочка в мгновение ока оказалась в Тирю.

— Что ж она творит-то? – Кёдзин тяжело вздохнул, проведя рукой по волосам.

Сюдзиро оцепенел.

— Почему вы спасли меня в Тэнрю-дзи, Сюдзиро-сан? – спросила Футаба, не оборачиваясь.

— Я… Я не мог тебя бросить. Мне казалось, если я оставлю тебя, то не смогу больше спокойно смотреть в глаза жене и ребёнку.

— Вот и со мной то же самое. Что я скажу матери? Что бы сказал мой покойный отец? – Футаба еле сдерживала дрожь, но слова её звучали твёрдо. – Поэтому я не хочу сдаваться!

— Кацуки-сама, больше в Тирю никто не идёт. Я не думаю, что вы сможете что-то сделать. – Цурубами мягко одернул её.

— Может быть, кто-то вернётся?

— Может. Но если вы заберёте у него жетоны, то он будет считаться выбывшим.

— А вдруг у него много жетонов?

— Хм. Да, это возможно. Но это лишь отсрочка. Награду смогут получить не более девяти человек.

— К этому времени мы найдём другой способ, чтобы выжить! – Футаба не сдавалась.

— Какая же вы упрямая, – Цурубами начинал сердиться. – Мы, те, кто начал кодоку, говорим, что нет другого выхода.

— У вас это впервые?

— О чём вы?

— Проводите подобное. Вдруг вы что-то упустили.

— Не могу не согласиться с вашим доводом. Что ж, это ставит нас в затруднительное положение…

Цурубами вздрогнул: произошло то, чего никто не ожидал, – Сюдзиро вернулся в Тирю.