Онлайн книга «Возвращение Синей Бороды»
|
«Стандартный механизм нашего восприятия, – продолжает автор, – состоит в том, что первое мнение, услышанное человеком о любом объекте или явлении, оказывает определяющее влияние на дальнейшее восприятие предмета – каким бы убогим и фальшивым само это суждение ни было и какому бы горькому мудаку ни принадлежало. Именно поэтому вся эта голытьба духа так спешит высунуть в ютуб свои гузки, чтобы успеть нагадить гению и титану…» Кто тут титан и гений, вы, конечно, поняли. «Критик торопится обмазать чужой шедевр своим завистливым гноем, чтобы смешать их в одно целое в восприятии читателя… Это как вырезать слова: «здесь были Марк и Муся» на лбу египетского колосса… Приехавший посмотреть на величественную статую первым делом увидит ссаную парочку…» Во как. «Боже, сколько вас, суетливых, остро пахнущих пубертатным потом, полных самомнения, претензий и комплексов, прошло за эти десятилетия под моим взором и сгинуло… Иных уж нет. А тех долечат… «Но неужели ты, задроченный дурачок на отходняке от плохого мефа и бытовых сложностей, и правда думаешь, что можешь за два часа пролистать мою книгу и сбацать осмысленный отзыв для своего сраного журнальчика, которому и вонять-то осталось две недели? Ты даже сигналов своего пробитого кишечника не понимаешь, чучело, не то что мою великую прозу… Смотрю на тебя, однако, не с раздражением, а со скорбным сочувствием. Извини Христа ради, что снова подвел. Но возможна ли вообще книга, способная тебе помочь?» После этой лицемерной преамбулы Голгофский расправляет плечи и начинает работать уже не по площадям, а по конкретным (для него, во всяком случае) координатам. Для начала он разбирается с контркультурным журналом «П – ц в Ж*пе» (нам неизвестно, существует ли такой на самом деле, или это очередной креативный наброс). «Контркультурным» Голгофский его называет потому, что «в эпоху тотального противостояния Западу творческий коллектив находит в себе железное мужество из номера в номер рассказывать русскому человеку о нижнем белье Бейонсе и любимом шампуне Алека Болдуина». Извините, Константин Параклетович, а что же им – о нижнем белье Есенина писать? А вы уверены, что оно у него вообще было? На эту поляну к тому же и лезть небезопасно, сами должны понимать… А вот примеров подобного железного мужества в практике отечественных медиа-работников немало. Если разобраться, только этим люди и заняты. Но у Голгофского претензии не к героям либерального сопротивления, а к конкретной обозревательке, отрецензировавшей его последний опус. Он называет ее «подзалупной глистой» (вот и перевод подоспел – «препуцитальная аскарида» все-таки не звучит, русское слово сочнее). Константин Параклетович, ваши образы интересны и свежи, но запускать личную гигиену до такой степени не стоит. Предохраняйтесь – мы не в средневековой Бретани и не в Древнем Риме. Презерватив для анального секса полностью решит вашу проблему. Поможет также разборчивость в связях, но кто мы такие, чтобы давать взрослому человеку подобный совет? А гневный луч нашего автора уже спешит дальше. «Какой-то пухлый каббалист, аккуратно зовущий Русь к топору с портала “КАФ”, дает совет – умолкни, художник, возьми саббатикал. Я твоего синагогального жаргона не понимаю. Тем не менее, дам ответный совет – убей себя в сортире, зверек, и спусти за собой воду. Но перед этим осознай свое место во Вселенной: никому кроме этого бледного фаянса с желтым бликом лампочки ты не нужен… Слышишь? Никому вообще! А если хочешь знать последнюю страшную правду, даже этот бледный фаянс не позволит тебе прилипнуть надолго. И то же касается всех ждущих тебя впереди труб… Йуд! Мем! Шин!» |