Книга Тень, ключ и мятное печенье, страница 125 – Алексей Котейко

Дверной колокольчик прозвонил, и на его звук из глубины помещения появился среднего роста мужчина с уже тронутыми сединой бакенбардами и блестящей лысиной. Он смерил посетителей взглядом через сидящие на кончике носа круглые очки в изящной золотой оправе, кивнул и сделал приглашающий жест рукой.

— Я ждал вас, господа. Пройдёмте.

Шандор вопросительно вскинул брови. Ла-Киш пожал плечами и пошёл вслед за фармацевтом, который уже двинулся назад по коридору вглубь дома.

— Если хотите, можете обыскать дом, но я один и я без оружия, – заметил аптекарь. Лайош на всякий случай открыл несколько выходящих в коридор дверей, обнаружив за первой чуланчик с вёдрами, швабрами и щётками, за второй – крохотный кабинет, почти целиком занятый секретером и внушительным конторским шкафом, а за третьей – лабораторию. В лаборатории, на первый взгляд, царил идеальный порядок, но затем Шандор увидел горку золы и пепла в большом камине, и осколки от нескольких разбитых ёмкостей. На одном из столов стояла открытая коробка с зеленоватым печеньем.

Коридор заканчивался небольшой гостиной, откуда винтовая лесенка вела на второй этаж дома.

— Где ваш подручный?

— Мой сын? Уехал, – фармацевт сел в кресло и жестом предложил им устраиваться в двух других.

— Мы его найдём.

— Возможно. Но я всё-таки надеюсь, что не найдёте. А потом, что вы ему предъявите?

— Участие в отравлениях, – отозвался Шандор.

— Он ничего об этом не знал.

— Враньё, – спокойно заметил Ла-Киш.

— Вы не докажете обратное, – пожал плечами аптекарь.

— Где портной?

Фармацевт легонько усмехнулся.

— Портниха. Тоже уехала. И относительно неё вы тоже ничего не сумеете доказать.

— Это ваша жена?

— Нет. Крёстная мать Оливии.

Лайош, оглядывавший гостиную, задержал взгляд на каминной полке, где стояли несколько фотографий в изящных серебряных рамках. Сыщик всмотрелся в одну из них, нахмурился, потом поднялся с кресла и подошёл ближе, разглядывая снимок.

— Это Оливия, – подтвердил аптекарь. – Моя дочь. Которую эти сволочи, сынки городских советников, изнасиловали и убили! – выпалил он с внезапной яростью, подаваясь вперёд в кресле.

— Вы взяли на себя роль судьи и палача, – заметил Ла-Киш.

— И принёс возмездие. Раз уж ваш закон так снисходителен к титулованным ублюдкам.

— В архиве Канцелярии нет никаких сведений об Оливии Уортинг.

— Разумеется, – горько усмехнулся фармацевт, снова откидываясь на спинку кресла. – Моё обращение не пошло дальше вашего клерка. Нет свидетелей, нет улик, «девушка могла просто сбежать из дома, такое случается». Чёрта с два! Оливия, – голос мужчины дрогнул, – она была послушной девочкой. И доверчивой. Я не хотел её отпускать на этот проклятый бал, но она так ждала его, так мечтала пойти.

— Что за бал? – спросил Шандор, внимательно рассматривавший фотографию девушки.

— Три года тому назад, весной, когда в городе были выпускные балы, Оливию пригласили на один из них. Она училась на предпоследнем курсе женского колледжа Святой Николетты. Мечтала стать инженером. Примерно за полгода до того она познакомилась с компанией студентов, большей частью дети городских советников, банкиров, состоятельных коммерсантов. Совсем не наш круг общения, но студенческая вольность, сами понимаете. Моя ошибка. Нужно было пресечь это сразу, но мне не хотелось быть чересчур строгим, тем более что поначалу всё выглядело вполне невинно. Те из них, кто были студентами последних курсов, решили провести свой выпускной бал в поместье герцога Скальфаро.