Книга Мои дорогие привидения, страница 21 – Алексей Котейко

— И долго ты взвешивать собрался? До следующего раза? А когда он будет, тот следующий раз – не уточнишь?

— Ой, ладно! – по тону баса так и представлялась кислая мина.

— Вот тебе и ладно, – вздохнула девушка.

За стенкой снова завозились: кто-то устраивался поудобнее на табурете. Фёдор размышлял, удастся ли ему сползти с кровати, не скрипнув сеткой. А если удастся – что именно в комнате можно использовать в качестве оружия против пробравшихся в дом злоумышленников.

«Оставили, называется, на хозяйстве», – подумал парень.

— Слышишь? – вдруг поинтересовался бас.

— Чего? – не поняла девушка.

— Вот именно. Эй, гражданин, подслушивать нехорошо! Раз очнулся – выходи, знакомиться будем, – тут басовитый голос запнулся, и вдруг снова взвыл:

— Ой ты гой еси добрый молодец! Подобру-поздорову ли?

Световое пятно закрыла какая-то тень, щёлкнул выключатель. На пороге стояла девушка. Та самая, в старомодном платье. Правда, была она ничуть не призрачной, а вполне себе материальной и плотной, вот только кожа у незнакомки имела явственный зеленоватый оттенок. Впрочем, это её ничуть не портило. Глаза – чёрные, бездонные, словно состоящие целиком из зрачка, и опять-таки совсем не портившие её внешность. Светлые волосы, вьющиеся пышными локонами. Вздёрнутый курносый нос, чуть оттопыренные ушки и – это, пожалуй, показалось Феде самым удивительным – россыпь веснушек на щеках. Веснушки, правда, тоже были зеленоватыми, в тон коже.

— Как себя чувствуете? – поинтересовалась девушка с улыбкой. Зубы у нее были словно чуть мельче, чем положено, и Фёдор, присмотревшись внимательнее, понял, что у незнакомки нет ни ярко выраженных резцов, ни клыков – все зубы были одинаковыми, ровными и белоснежными.

— Эм-м…

— Я вам компресс сделала. Шишка болит?

Федя шевельнулся – впервые с момента пробуждения – и понял, что под ним на подушке лежит уже однажды послужившее в лечебных целях полотенчико, а на затылке в самом деле вздулась порядочная шишка.

— Кто это меня так? – нахмурился писатель.

— Вы сами, – вздохнула девушка. – Когда с крыльца падали.

— Как падал, вроде бы помню… – задумался Фёдор.

— Ну, а как об лавочку прилетели – наверное, не помните, – предположила собеседница.

У ног девушки мелькнула чёрная шерсть и в комнату протиснулся кот. Он скептически оглядел парня и заявил:

— В моё время когда барышня входила в помещение, полагалось вставать.

— И-извиняюсь… – Федя сделал попытку подняться, но тут он мельком взглянул на девушку и увидел, с каким насмешливым выражением та смотрит на кота у своих ног. Изогнутые монгольским луком брови сошлись над переносицей домиком и казалось, что незнакомка сейчас расхохочется в голос. Тем не менее, Фёдор встал – про себя с облегчением отметив, что хотя бы одет в футболку и шорты – и, ещё раз потрогав шишку на затылке, поморщился.

— Надо вам с травками компресс приложить, – предложила девушка.

— Потом, – деловито отрезал кот. – Потерпит гражданин без травок.

— Не вредничай, – бросила незнакомка, подхватила с подушки полотенчико и вышла из комнаты. Кот, усевшись, продолжал пристально, словно следователь на допросе, буравить глазами парня.

— И с чего будем налаживать контакт? – мрачно поинтересовался Федя. – Может, представитесь для начала?

— «Что в имени тебе моём?» – философски заметил зверь.