Книга Мои дорогие привидения, страница 83 – Алексей Котейко

И это было самым страшным. Именно такая перспектива заставляла парня нервно разглядывать пейзаж за окнами и прикидывать пути бегства. Причём подаваться в бега следовало немедленно, поскольку появление в Луговце двух других сестёр явно свидетельствовало, что неведомые силы уже приведены в движение. Возможно, в лице того самого загадочного Гриши.

Федя хмуро посмотрел на ноутбук и на секунду ощутил соблазн испытать судьбу, написав ещё одну новеллу. Что-нибудь про счастливое бегство и донесение до всего мира невероятных подробностей жизни в Дубовеже. Но это означало бы предать друзей, подставить под удар Настю, Котофея, Оксану. Говорящий кот – в цирк, зеленокожая девушка – на опыты в какую-нибудь закрытую государственную лабораторию. Ну а по дочке водяного так-то и тюрьма плачет. Фёдор понимал, что если выбор будет стоять «или – или», он просто не сможет сотворить подобную подлянку. Подумаешь, память одного человека. Немного-то она и стоит, эта память. Жил Федя без неё, и дальше жить будет.

Заскрипели колёса телеги, голоса на лавочке смолкли. Издалека, с улицы, донёсся голос Ивана:

— Приехали, дядя Гриша!

«Ну, вот и всё», – грустно подумал Фёдор, закрывая ноутбук.

Прятаться он не хотел. Стыдно было куда-то убегать, скрываться. Сама идея с сиганием в окно показалась вдруг глупой и нелепой. Писатель поправил футболку и шорты, оглядел себя в зеркало и, заложив руки в карманы, состроил равнодушную мину. Мина его вполне удовлетворила и, «зафиксировав» её, Федя вышел в первую комнату, а оттуда на крыльцо.

Перед скамейкой стоял и обменивался любезностями с сёстрами высокий старик. Собственно, нельзя сказать, чтобы его появление в Луговце стало для Фёдора полнейшей и абсолютнейшей неожиданностью. Пожалуй, парень даже что-то такое подозревал, или предчувствовал. Однако же равнодушная мина всё-таки исчезла бесследно, уступив место приоткрытому в удивлении рту:

— Вы?!

«Аристарх Филиппович Го» въяве и во плоти приподнял шляпу и чуть склонил голову:

— Доброго денёчка, Фёдор Васильевич. Но прошу прощения, я-то вас уже знаю, а вы меня нет. Позвольте представиться: Григорий Альбертович.

— Здравствуйте, – Федя вынул руки из карманов шорт, взъерошил волосы. – А вы тоже родственник?

— Родственник, родственник, – с довольным видом закивала Наина Киевна.

— Мои кузины, – пояснил Григорий Альбертович, указывая своей трильби на компанию старушек. – Барышни, вы нас извините? Мы с господином писателем ненадолго вас оставим, – он сделал приглашающий жест в сторону дома, и парень направился обратно в избушку.

«Дядя Гриша», войдя следом, оглядел комнату с явным удовольствием:

— Давненько же я здесь не был! Всё, знаете ли, дела, дела. А ведь сколько раз обещал себе – брошу хоть на недельку, уеду отдохнуть.

— Мне это знакомо, – кивнул Фёдор. – Ну, как всё будет?

Старик вопросительно изогнул бровь:

— Вы о чём, Фёдор Васильевич?

— Да ладно вам. Вы ведь тоже из здешних коренных жителей? Для того вас и пригласили, чтобы вопрос со мной решить, – писатель хмыкнул. – У вас как, на такой случай волшебная палочка имеется? Или, может, зелье выпить нужно? Предупреждаю: меня сегодня с утра что-то изжога мучает.

— Молочка глотните, – посоветовал Григорий. – Помогает от изжоги.