Книга Сказки старых переулков, страница 51 – Алексей Котейко

— Они совсем-совсем усли? – с сожалением поинтересовалась девочка, всматриваясь в тёмную полосу водохранилища вдали.

— Говорят ещё, – хитро блеснули глаза деда, – что ближе к плотине, на нашем берегу, где уже кончаются дома и начинается лес, стоит на мысу древний дуб-великан. И трава вокруг него никогда не растет – как будто её вытоптали, когда водили хороводы.

Девочка пискнула и уткнулась в своего плюшевого монстрика. Мальчик, ещё какое-то время разглядывавший из окна далёкую гладь черной воды, посмотрел на деда:

— А великанов ты когда-нибудь видел, деда? Или драконов?

— Драконов уже давно никто не видел, – вздохнул старик. – Сам посуди, разве осталось ещё над городами место для драконов? Когда люди поднялись в небо на первых дирижаблях и аэропланах, небо перестало принадлежать драконам. А теперь туда поднимаются дома…

При последних словах мальчик невольно взглянул вниз, где, будто клочки травы, застыли во дворе деревья. Казавшиеся с высоты игрушечными автомобили спали на парковках, и уличные фонари походили на крохотных светлячков.

— Дома стали похожи на горы, а люди сами будто превратились в великанов. Драконы любили своё небо, и звёзды, которые теперь совсем не видно из-за огней больших городов. Я слышал, что драконы ушли в самые дальние, самые глухи уголки нашей планеты, где горы ещё настоящие горы, а звёзды – это звёзды, и где всё небо принадлежит только им одним.

Помолчав немного, рассказчик покосился на притихших детей, улыбнулся, и продолжил:

— А вот великаны остались. Они, правда, стали теперь помельче, ведь очень уж неудобно искать себе квартиру и покупать одежду, когда в тебе три-четыре метра росту, так что нынешние великаны не выше двух с половиной. Один такой живёт совсем рядом, он всегда носит зелёную мягкую кепку с широким козырьком, а когда холодает – надевает ещё и тёплый жилет из чёрной овечьей шкурки. Нос у него похож на большую картофелину, а борода рыже-серая, будто пепел на горячих углях, и постоянно встопорщенная. Но незачем его бояться, это очень добрый великан, уж я-то знаю!

— Мама говорит, что сказки – это только придумано, и ничего этого никогда не было, – неуверенно заметил мальчик.

Дед с интересом посмотрел на него, склонив голову на бок, будто задумался. Потом ответил:

— Сказки живут тогда, когда в них верят, и потому обязательно нужно, чтобы люди придумывали и рассказывали сказки. Ведь почему, собственно, то, что придумано, не может быть правдой? Мама просто взрослая, а когда человек становится взрослым – он уже не помнит, как это: быть ребенком. Но сказки помнят, и сказки никогда не обманывают…

Старичок говорил и говорил, а дети, то глядя в окно, когда он снова куда-нибудь указывал, то переводя взгляд на деда, жадно впитывали каждое его слово.

* * *

— Они уже, наверное, легли. Вот мой телефон, а это – номер ресепшн отеля, если вдруг не дозвонитесь. Холодильник полон, меню – на дверце, под красным магнитом. Купание…

— Не волнуйтесь, мама меня проинструктировала, – молодая девушка улыбнулась, и женщина лет тридцати пяти, торопливо застёгивавшая на запястье браслет часов, осеклась на полуслове.

— Жаль, что Марья Васильевна не смогла сама приехать, – всё ещё с нотками сомнения в голосе сказала она.

— Мы с ней постоянно на связи. Всё будет хорошо, – уверенно сказала девушка.