Книга Застенчивый монстр, страница 93 – Натали Рик

— Марк, я участвовал в этих развлекухах некоторое время назад. Ещё до того, как твой папаша решил расширить бизнес. Вышел из темы, когда стало слишком... масштабно. Так что не надо мне тут строить из себя невинную овечку. Говори, что там произошло. Почему всё вспыхнуло?

В желудке сворачивается ледяной узел. Значит, он один из «них». Из тех, кто сидел в ложах, пока мы ползали внизу. Гниль зашла гораздо дальше, чем я думал.

— Всё ещё не понимаю, — повторяю я, чеканя каждое слово.

— А так?

Он швыряет на стол несколько фотографий. Снимки зернистые, сделаны явно на телефон из темноты амфитеатра. На одном из них — Арлекин. Я. В полный рост, на краю подиума, с микрофоном в руке. На другом — Пьеро, склонившийся над Милой. И остальные. Шесть теней в масках, замерших по периметру.

— Я знаю, что Арлекин — это ты, — его голос становится тихим, вкрадчивым. — Слишком характерная походка, Марк. Слишком много гонора. А теперь скажи мне: кто остальные?

Я молчу. Смотрю на фотографию Савелия и чувствую, как внутри всё кричит. Если я сдам их, если назову хоть одно имя...

— Бред какой-то, — выдавливаю я, кривя губы в подобии своей обычной ухмылки. — Фотошоп. Сейчас нейросети и не такое рисуют. Ничего не знаю.

Подполковник вздыхает. Тяжело, разочарованно. Он достаёт из ящика стола ручку и начинает вертеть её в пальцах.

— Не упрямься, парень. Ты же понимаешь, что я не могу просто так закрыть это дело? Там гора трупов, Марк. Весь «Высший круг» превратился в барбекю. Меня с дерьмом сожрут, если я не принесу голову виновного. Наверху требуют крови.

Он делает паузу, вглядываясь в мою реакцию.

— Давай поступим так. Ты сливаешь мне хотя бы двоих. Раскидаем вину на них. Скажем, что это был их личный конфликт с организаторами. Пожар, превышение самообороны, пара статей сверху... Отмотают лет по десять-пятнадцать, выйдут взрослыми мужиками, впереди ещё вся жизнь. Зато остальные чисты. Ну? Кто там был с тобой? Братишка твой, Савва? — он тыкает пальцем в фото Пьеро. — И, руководствуясь логикой, остальные отпрыски, которые сейчас в соседних кабинетах? Глянь, какое совпадение, вас как раз восемь...

У меня перед глазами всплывает лицо Савелия. Его глаза, когда он вытаскивал меня из дыма. А потом я его. Его голос, когда он говорил, что не отпустит Милу. У него наконец-то появилось что-то, ради чего стоит жить.

Я ему завидую.

— Ещё есть вариант, — продолжает подполковник, — что загребаем всех. Групповое, по предварительному сговору, массовое убийство... Ух, громкое дело! Мне — медалька и звёздочка, вам всем — по максимальному сроку. Без права на УДО. Ты этого хочешь? Хочешь сгнить вместе с ними?

Я закрываю глаза. Перед внутренним взором проносится всё: отец, его холодный взгляд, хохот Арлекина, плачущие девчонки, лица парней…

Если я сейчас промолчу — мы все сдохнем в тюрьме. Если сдам — я стану таким же уродом, как те, кто сгорел в особняке.

— Это я, — мой голос звучит чисто и твёрдо, без тени сомнения.

Подполковник замирает. Ручка в его руках перестаёт вращаться.

— Что «ты»? — переспрашивает он.

— Это я поджёг здание, — я слегка подаюсь вперёд, глядя ему прямо в зрачки. — Один. Я давно планировал это. Отец меня достал, его дружки — тоже. Я разлил бензин в техническом секторе и чиркнул зажигалкой. Остальные парни ничего не знали. Они были там как гости, пытались помочь девчонкам, когда начался хаос. А я... я просто хотел, чтобы всё это сгорело. Вместе со мной. Но, как видите, я оказался слишком живучим.