Книга Проданная его светлости, страница 67 – Лиззи Голден

— Он не особо распространялся о своих делах, а его родители к тому времени уже почили, — продолжает Альм. — Это я потом узнал, что бездонники напали в самый разгар венчания… Поздновато, конечно, он женился, но по любви. А на самом венчании среди гостей скрывался темный маг с парочкой бездонников. Начался хаос, невеста его светлости храбро сражалась, но погибла. Вроде как она была из знатного рода… Фабиан ничего о ней не рассказывал. Сам же он получил ранения. К счастью, целители в Кальдейре грамотные, сразу запечатали проклятие, чтобы дальше не распространялось. Но эта печать временная — мы все это понимаем.

Его голос затихает к концу. А я пытаюсь осознать услышанное.

Невеста Фабиана… которую он любил… погибла. Тоже от бездонников.

Такое ощущение, словно кто-то нарочно пришел на это торжество, чтобы уничтожить тех, кто ему неугоден…

Может, темные маги пылают ненавистью ко всем, кто владеет мощной боевой магией?

Уф, как они достали. Да найдется ли на них, в конце концов, управа?!

— Он не любит об этом говорить, даже имени невесты своей не назвал, — врывается в мои мысли голос Альма. — Так что вы, пожалуйста, не тревожьте его расспросами. Два года как прошло, а оно все болит у него, я же вижу. Разве что при вас он ожил. Не знаю, какой магией вы владеете помимо целительской, но он все больше и больше напоминает того Фабиана, которого я помню еще юношей.

— Спасибо, что вы мне это все рассказали, — тепло благодарю старика. — Теперь я понимаю своего мужа намного больше…

— Знаете, герцогиня, — Альм внимательно смотрит на меня. — Если бы я не перелопатил столько архивов и не уточнил информацию несколько раз, то я даже подумал бы, что вы и есть целительница из рода Грейм.

Он разворачивается, чтобы уйти.

— Альм! — окликаю его. Сердце бьется, так хочется признаться, попросить совета, помощи, но… нет.

Я даже не знаю, каков он, этот Альм на самом деле. Каждый, кто меня окружает, может оказаться темным магом.

И это не паранойя. На кону жизнь моего мужа. А я — единственная, кто может его вылечить.

Не могу так рисковать.

— Нет… ничего. Извините, — опускаю глаза в пол.

— Вы уверены, герцогиня?

— Да… просто… — не знаю теперь, как выкрутиться. — Я бы очень хотела быть той, кто сможет его вылечить. Но увы, я даже не представляю, что с этим можно сделать…

— Вы и так делаете для него более чем, — кланяется Альм. — Не думайте о плохом и… простите меня еще раз, если я вдруг что-то лишнее сказал.

— Все в порядке, — бормочу, глядя ему вслед.

Возвращаюсь к себе и первым делом достаю разорванный рецепт. Точнее — то, что от него осталось.

Жаль, склеить никак не получится: листок был исписан с двух сторон.

Но тут же нахожу решение. Беру перо, новый пергамент. Собираю кусочки в единое целое на столе, как мозаику. И пишу — первый куплет, второй…

Теперь не буду такой дурочкой и не покажу рецепт даже тем, кому доверяю.

Но кажется, я уже не доверяю никому.

Стук в дверь раздается как раз, когда я дописываю последнюю строчку. И кого это там принесло?

— Вас ждет к себе его светлость, — сухо сообщает Грета и тут же уходит, не желая тратить на меня ни секунды своего времени.

Тем лучше. Закрываю дверь, прислоняюсь к ней спиной и выдыхаю.

Что бы мне ни сказал на этот раз герцог, меня вряд ли это взволнует больше, чем то, что я услышала сегодня от Альма.