Книга Демонхаус, страница 135 – Софи Баунт

— Кстати, о прошлом. – Инга сияет радужной улыбкой, ныряет Рону под руку и обнимает его со словами: «Ты готов?»

Рон топчется на месте, рассматривая осколки рюмки, которую раздавил.

— Не особо…

— К чему? – удивляюсь я.

— Рекс, оставь нас, пожалуйста, – просит Инга.

Я не двигаюсь. Она терпеливо ждет, косится в мою сторону, а я все продолжаю ждать объяснений, почему это меня выгоняют за дверь, точно какую-то собаку перед сексом.

Осознав, что ждать бесполезно, решаю перед уходом сделать вид, будто я сам решил покинуть их общество ради особо важной миссии:

— Виса же оставил свой спорткар в гараже?

Рон окидывает меня озадаченным взглядом.

— Хочешь помыть его машину? – злорадствует он, странно поперхнувшись.

— Внесу несколько правок… в дизайн. – Я потягиваюсь и качаюсь, разминая тело.

— Не мелочись, – подзадоривает Рон, – уверен, у тебя отличный вкус на дизайн спорткаров.

— Рекс, пожалуйста, – упрямствует Инга, нервно скрещивая руки на пышной груди.

Я с ворчанием сдаюсь, покидаю террасу, но оставляю щель в дверном проеме, чтобы видеть (да, как псина), что эти двое там делают. Инга дает Рону телефон. Он смотрит в экран пустым взглядом.

— Что ты сказала им?

— Почти правду. Сказала, что я твоя сиделка. Ты жив. Однако о-о-очень болен, полностью парализован. Ты ушел от них, когда стал инвалидом, потому что не хотел видеть их мучения из-за тебя, не хотел портить детям жизнь, быть обузой. В общем, ты овощ.

— О, Ини…

— Смелее. – Она целует его в щеку, и Рон подносит телефон к уху.

А после начинается поистине – ей-богу, я глазам не верю – поразительное зрелище. Рон воодушевленно воркует… с сыновьями. Сначала с одним сыном, потом с другим. Он говорит, говорит, говорит… и я оказываюсь загипнотизирован тем, что вижу и слышу – счастьем в его темных глазах и дрожащем голосе. Спустя полчаса он обещает сыновьям позвонить снова и умоляет не искать его, бесполезного инвалида.

Прежде чем покинуть застекленную террасу, я успеваю услышать всхлипы.

Рон рыдает.

* * *

После сцены на террасе я сразу отправился в гараж. Ревущий Рон – картина не для моих нервов. Наши отношения строятся на презрении друг к другу, а ненавидеть того, кто плачет, довольно трудно, так что ради него же сделаю вид, что я этих соплей не видел.

Убедившись, что новый дизайн красного спорткара Висы стал мне полностью приятен – особенно надпись «Шмаровозка», – и на всякий случай ударив по капоту молотком еще несколько раз, я возвращаюсь в гостиную.

— О, ты как раз вовремя, Рексик, – торжественно вещает Виса.

Я прикидываю, задохнется ли этот упырь, если надеть ему на голову одну из неиспользованных тыкв, и случится ли у него инфаркт, когда он увидит, что я сотворил с его тачкой. Виса стоит посередине гостиной. Вокруг него собрались члены ковена. Свет выключен, и зал освещают одни лишь свечи. Я разглядываю на полу пентаграммы и бафомет, как тот, что выбит у вампира над бровью. Узоры нарисованы чем-то подозрительно красным, и остается только надеяться, что из красного в этом доме могла найтись не только кровь, но и банка краски, потому что то, что находится по центру гостиной, рядом с Висой, заставляет меня сомневаться в своей наивной теории.

Под алым одеялом возвышается нечто шевелящееся.

— Начнем игру? – провозглашает Виса и сбрасывает одеяло.