Книга Душа без признаков жизни, страница 43 – Софи Баунт

Парень охнул и шлепнулся лбом о колено, словно в приступе истерики.

— Вот это точно моя вина. Не должен был я с ней знакомиться! Не должен… — Он распрямил ноги и оперся спиной о дерево, скрестив руки на груди. — Я просто хотел узнать у нее...

Парень замешкался. Феликсу показалось, что зеленые глаза под длинными коричневыми ресницами совсем ничего не видят перед собой — мертвые и сумрачные, они лихорадочно ёрзали по холодной земле.

— Узнать о чем? Где лучше ее прирезать?!

— Нет! — Андриан в обиде открыл рот.

Феликс изумился. По коже мурашки пустились от его пропитанного болью возгласа.

«Значит, мое убийство — мелочь, — подумал Феликс, — а убийство другого человека повергает парня в истерию. Занятно».

— Я хотел поговорить с ней и только, но… увлекся. Прости.

— Поговорить? О чем интересно?

— О тебе, — коротко выпалил Андриан.

— Что? Зачем?

— А если бы ты убил человека, то не захотел бы узнать, какой он был?

— Стоп… — На Феликса накатила безумная мысль, которую он мечтал срочно опровергнуть, но сердце уже изнывало в мандраже. — Ты хочешь сказать, что меня не знаешь? Не знаешь, кто я? Андриан, за что ты меня убил?! Отвечай!

— Я не знаю. — Лицо парня избороздилось белыми пятнами. — Феликс, я не знаю, правда…

— Ты не помнишь? У тебя отшибло память после мордобоя на складе, или что?

— Нет! Когда я в тебя выстрелил, я… не знал, зачем это сделал. Лишь чувствовал. Чувствовал, что ненавижу тебя. Даже словами не передать, с какой всепоглощающей одержимостью желал убить тебя.

— Людей ненавидит по какой-то причине! —Господи, мы два духа, вышедшие из тел, видевшие черт знает что, но этот ублюдок всё равно не признается! Чего ему бояться?— Андриан, скажи мне правду. Я живу в теле… — Феликс очень громко и похабно высказался, прежде чем продолжил: — грача. И всё из-за тебя! Я ничего не могу тебе сделать, так скажи правду!

— Феликс, твои глаза смотрят, но не видят. Я сказал тебе правду. Клянусь!

— Что стоит клятва убийцы?

— Я знавал людей и похуже. Кто сознательно убивает других, даже глазом не поведя.

— Ты не представляешь, каких людей знавал и судил — Я! Сначала так и подумал, что ты недомерок, решивший мне отомстить. Но теперь я вижу, что ты просто псих! — Феликс залился истерическим смехом. — Псих! Меня убил псих! Какая идиотская смерть!

Парень с опечаленным видом наблюдал за впавшим в бешенство Феликсом и крепко сжимал руки на груди.

— Ты прав. Может, я и псих. Только не называй и себя благодетелем. Мы все — то еще… дерьмо. — Андриан задумался. — И всё же прости за Марлин. Я виноват. Понимаешь… она не похожа на остальных, и я не смог устоять перед возможностью познакомится ближе с ней и с твоей жизнью. Мне даже стало легче. Видения ушли.

При упоминании Марлин Феликс обомлел и уже хотел броситься на парня, словно овчарка на наглого кота, но насторожился, услышав про видения.

— Какие еще видения?

— Которые заставили застрелить тебя.

Парень пытается заговорить мне зубы? Или держит за идиота?

Феликс уже закипал белым ключом от ярости. Андриан же оставался холоднокровным и сдержанным, позволял себе даже усмехаться наглой лисьей улыбочкой. Исподлобья то и дело поглядывал на Феликса, но от его затяжного, строгого взгляда юрко отворачивался и устремлялся куда-то вдаль.