Книга Волаглион. Мой господин. Том 2, страница 11 – Софи Баунт

Мы катаемся по грязи, пока не выдыхаемся. Сара сидит на мне, упирается в траву; и я отмечаю нечто интересное: она повеселела, смотрит на меня совсем иначе, жадно ощупывает взглядом и игриво ластится.

Я стараюсь заискивающе улыбнуться, но есть идиотское ощущение, будто я чужд сам себе. Не романтик я. Чувствую себя глупцом. Однако момент удачный. Пора что-то предпринять.

Вижу свое искаженное лицо в зрачках ведьмы. Расширенных зрачках. Вижу, как вздымается женская грудь под сиреневой кофточкой, облегающей и сексуальной, как Сара любит. И как люблю — я. И штаны у нее: тонкие, подчеркивают изгибы. Ух и ах! Великолепна!

— О чем думаешь? — неожиданно спрашивает ведьма и повисает надо мной.

Нежная ладонь касается моей щетины, гладит. Я сглатываю сухим горлом. Чувствую жар. Не свой. Ее… Да-да, горит фитилем в моих руках. Я огонь. Ведьма — факел, который вспыхивает, когда я к ней прикасаюсь. Что будет, если пламя станет неконтролируемым?

Сара мягко проводит пальцем по моей коже — там, на шее, где бьется пульс. Я приподнимаю край ее кофты, касаюсь гладкого живота, задеваю шрамы, оставленные демоном, провожу выше, к груди. Она вздрагивает, хочет отстраниться, но я удерживаю. На лицо падают рыжие пряди.

— Ты не виновата, — выдыхаю, притягивая Сару.

Мы едва не припадаем друг к другу губами. Стоило бы… Вкус. Мне нужен ее вкус.

— М?

— Не виновата ни в чем.

— Зачем ты это говоришь?

— Мне это важно.

«Учись сопротивляться ветру других… их ветер тебя поглотит».

Есть слова, которые нельзя забыть, отец. Я хочу поглотить чувства ведьмы, но вместо этого — теряю контроль. Хуже всего то, что осознание факта на поверхности, однако выбраться из ловушки не могу. Я обречен сгнить в этом проклятом доме, засохнуть как моль, которая не поборола желания лететь на свет лампочки и оказалась в ловушке четырех стен.

Мысли сменяются одна за другой. Кромсают на части. Одно прикосновение ведьмы — и разум отключается, словно двигатель автомобиля на полном ходу, съезжает с дороги. Прямо в ее сладкий плен. Ближе, ближе… к теплу. Единственный поцелуй — и взрыв. Я забуду обо всем.

— Почему? — пристально разглядывая меня, спрашивает Сара.

Ты — моя жизнь.

Ты — единственный шанс вернуться.

Ты — всё, что у меня есть.

Эти фразы звучат в голове. Я ласкаю женские бедра и чувствую отдачу. Нежеланную моей ведьмой. Но неизбежную.

— Ты — всё, что у меня есть, — повторяю вслух последнюю мысль. — Всё, что у меня будет в течение следующих десятилетий, которые будут тянуться куском смолы. Хочу быть рядом с той, кто не виновата в моей смерти. Кто может стать другом. Кого можно… полюбить.

Сара замирает. Во взгляде читается грусть. И страх. Я и сам боюсь, боюсь, что она вновь убежит. Нельзя допустить. Это он. Тот самый момент...

Я дергаю ее на себя. Припадаю к влажным губам.

Рекс придавливает меня сверху, терзает губы и запускает ладонь под мою кофту. Я хватаю его руку прежде, чем она сжимает грудь.

— Что-то не так? — усмехается он.

— Ты меня целуешь.

— Разве ты против?

Я упираюсь в его плечи. Против? Нет. Не против. Совсем. В этом и проблема!

— Слезь с меня.

— И не подумаю.

— Между нами ничего нет.

— Есть. Еще как есть.

— И не будет.

— Будет. Я не стану отрицать своих чувств. Ты ведь знаешь, как я хочу, да? Не можешь не видеть... хочу ту, о ком не имею права даже думать, хочу свою убийцу. Жажду, помилуй, Господи! Ты еще и продолжаешь меня соблазнять, играешь со мной. Ты смеешься надо мной!