Книга Тайна боярышни Морозовой или гостья из будущего, страница 109 – Резеда Ширкунова

— Лидия Гавриловна, присаживайтесь в кресло, там вам будет удобнее, — предложила я, стараясь скрыть волнение. — А мы с Андреем Александровичем расположимся на стульях.

Барон Покровин бросил на меня удивлённый взгляд, словно не ожидал, что я так хорошо знакома с убранством его личного кабинета. Он опустился в кресло, помедлил, словно собираясь с духом, затем резко поднялся и прошёлся из угла в угол, погружённый в глубокие раздумья. Было очевидно, что он ищет слова, не зная, с чего начать столь важный разговор.

— Господин барон, позволите ли мне помочь? — с легкой тревогой спросила генеральша.

— Благодарю вас, Лидия Гавриловна, но это я должен сказать сам! — произнес мужчина, голос которого звучал уже более уверенно и твердо. — Анна Глебовна, когда я впервые встретил вас, я сразу обратил внимание на то, что вы … не такая. Вы не похожи ни на одну из тех девиц, что мне доводилось встречать. А когда я узнал вас ближе, я понял… Я понял, что вы и есть мое счастье…

Я сидела, словно оглушенная внезапным откровением. Неужели это происходит на самом деле? Мне казалось, что я вижу сладкий сон. Невозможно, чтобы барон сватался к девушке, у которой нет ничего, к тому же — наследнице опальной боярыни…

Я так глубоко погрузилась в горестные мысли о невозможности нашего союза из-за непреодолимой разницы в положении, что не сразу заметила, как барон Покровин опустился передо мной на одно колено. Он смотрел на меня с таким теплом и нежностью, словно видел во мне то, что было скрыто от глаз других, — не мимолетную красоту, не выгодную партию, а саму душу. В его взгляде не было ни тени похоти, ни малейшего намека на приказ — лишь восхищение, искреннее и неподдельное.

— Я люблю вас, Анна Глебовна! — произнес он, и, словно спохватившись, добавил уже совсем просто и искренне: — Аннушка, выходи за меня замуж!

Он достал из кармана элегантный перстень и протянул его мне.

Я взглянула на кольцо, потом — в любимые глаза, полные надежды, и невольно всхлипнула. Андрей растерялся и нахмурил брови.

— Я… я не могу, Андрей Александрович. Я не хочу вам портить жизнь! — мои слова были прерывистыми, а из глаз хлынули слезы.

— Каким же образом вы собираетесь мне портить жизнь? — искренне удивился барон, продолжая стоять на колене. Но лицо его вмиг осунулось, и настроение, казалось, улетучилось.

— Ну как же, Андрей Александрович, я — однодворка, а вы — целый барон, — ответила я, не понимая причины его внезапной мрачности.

— Господин Покровин, кажется, между вами произошло какое-то недопонимание? — произнесла Лидия Гавриловна, нарушая молчание. — Аннушка, барон начал не с того. Ему следовало сначала рассказать вам о том, что император пожаловал вам титул баронессы и отдал земли в Костромской губернии. Теперь препятствий для вашего брака больше нет!

— Я не хотел, чтобы Аннушка подумала, будто я решился на этот шаг, узнав о присвоении ей титула, — хмуро бросил он. — Дед не даст соврать: он был заранее предупрежден о моем намерении посвататься к барышне Морозовой. Решение императора стало такой же неожиданностью и для меня!

— Так, значит, о моем браке позаботился еще и сам император? Нет уж, я буду выбирать сердцем! Я согласна! — ответила я, не желая, чтобы эта неловкая ситуация затянулась еще на час, и приняла из его рук кольцо.