Книга Марафон в рай, страница 26 – Артур Каджар

— Когда выпьешь, всегда эмоции прут. — Давид невесело усмехнулся. — Но логически мыслить пока в состоянии. Не надо нам ночевать в этом отеле, потому что твою карточку уже отследили.

Нара остановилась и задумалась.

— Дай-ка свой телефон.

Давид достал из кармана кнопочный мобильник и протянул ей.

— А почему не смартфон?

— Зачем? — Он пожал плечами. — Мне только звонить, иногда.

Нара полистала адресную книгу и набрала номер.

— Добрый вечер, Эдик-джан, — сказала она по-армянски и продолжила на русском: — Вы сегодня от вокзала подвозили нас… Да… Вот понадобилась ваша помощь, срочно… Хорошо… Спасибо, ждем!

Она вернула мобильный.

— Через полчаса приедет. Как раз успеем дойти до отеля и собрать вещи.

Неподалеку от гостиницы Давид остановился.

— Постой тут. Выясню вначале, не спрашивал ли нас кто?

Нара почувствовала озноб.

— Думаешь, уже… могли?

— Вряд ли так быстро, но, как говорится, на всякий. — Он подмигнул ей. — Меня-то сразу не опознать без бороды, а твои рыжие волосы за километр видно.

Нара оглядывалась по сторонам и нетерпеливо смотрела в сторону отеля. Давид наконец вышел и сделал знак рукой — заходи, мол, все в порядке.

Когда они спустились с вещами вниз, белый «опель» уже стоял у входа, а водитель курил, присев на капот. Давид подошел к нему и тоже закурил.

— Что случилось-то, брат? — спросил Эдик.

— Ищут нас… плохие ребята. И мы не ангелы. — Давид твердо посмотрел ему в глаза. — Но они хуже. — Он улыбнулся. — Я немного выпил, брат, не обращай внимания.

Эдик присвистнул и вопросительно посмотрел на него.

— Денег на другой отель нет, карту заблокировали, поэтому к тебе обратились. — Давид сокрушенно развел руками. — Никого тут не знаем. Можешь сегодня приютить? Не волнуйся. Злоупотреблять не будем. Завтра придумаем что-нибудь.

Нара, все еще ощущая озноб и мурашки по телу, нервно осматривалась. Эдик перевел взгляд на девушку и выкинул окурок.

— Правильно сделали, что позвонили. Вы мне сразу понравились. — Он встал с капота и решительно сказал: — Поехали!

Через двадцать минут машина свернула с трассы, идущей вдоль моря.

— Это место называется Гонио, — сказал Эдик. — Размещу вас в отеле своем, хочу в следующем сезоне сдавать туристам. Живите, сколько надо. Он, правда, пока недостроен, так что не обессудьте.

Сине-белый двухэтажный дом с огороженной территорией стоял под высоким холмом, на котором кроны деревьев темнели на фоне более светлого ночного неба.

— Сын взрослый, Гарик, в городе устроился. — Эдик широким жестом пригласил их войти. — Я с женой тут. А на участке выше мандарины выращиваем.

Во дворе справа прямоугольный котлован окружала цементная кладка, слева располагались две крытые беседки. В воздухе слабо пахло жасмином.

— Чертов бассейн, никак доделать не могу, дорого обходится, — пожаловался Эдик. — А без него нормальную цену не возьмешь. Хорошо еще Гарик мой помогает, дилером в казино на лайнере работает. Раньше в Сухуме в сезон за койко-место очередь стояла, а сейчас туристы избалованные стали. И народу прибавилось, наших несчастных армян много, конечно. Море — оно и есть море, один Севан на всю страну разве дело? Пошли на второй этаж. Там одна комната готова, две кровати и мебель кое-какая.

Несмотря на уверения Давида и Нары, что они не голодны, Эдик настоял на том, чтобы перекусить и пропустить по бокальчику. Жена его оказалась такой же невысокой и полненькой, как и Эдик, но, в противоположность ему, была хмурой и молчала. Голая лампочка желтым светом освещала расставленные на круглом столе в беседке сыр, лепешки, зелень, чурчхелу. Эдик разлил по стаканам мутноватую изабеллу собственного, как он гордо объявил, производства.