Книга Марафон в рай, страница 59 – Артур Каджар

Он отложил барабанчики, на которых играл, забежал внутрь и вынес коричневую гитару.

— Настоящий дерево. — Он пальцем постучал по деке, вручил инструмент Давиду и жестом пригласил сесть на его место.

Давид сел, настроил инструмент и перебрал струны. Гитара звучала неплохо. Пальцы сами задвигались, и почти неосознанно он сыграл первые аккорды своей старой песни — той самой, что когда-то принесла ему первый успех. Она называлась «Пока есть свет» — простая мелодия, немного блюза, немного фолка, немного боли. Он писал ее в тюремной камере, где пахло пылью и железом и где эти строчки помогали ему держаться на плаву.

Пока есть свет — не поздно все вернуть, Пока есть воздух — чтоб вздохнуть, Пока в тебе хоть искра не погасла — Ты все еще живой, и это — счастье.

Он играл не глядя, вполголоса напевая слова. Знакомая последовательность аккордов вернула в то время, когда все казалось возможным. Первый тур по провинции, дешевые гостиницы, аплодисменты в зале, юная поклонница с плакатом на концерте — все всплыло, как будто это было вчера.

Услышал аплодисменты и поднял голову. Аша положил ему руку на плечо и гордо оглядел окружившую их толпу.

Когда они купили гитару и отошли от шатра, признался:

— Знаишь, что хочу больше всего жизни? Играть гитара. — Он закатил глаза.

Давид рассмеялся, глядя на его мечтательное лицо, потом вернулся в шатер. Купил еще одну гитару и скрипку. Они поели в трактирчике на окраине рынка и стали гадать, как им разместиться вдвоем с вещами и инструментами на мотоцикле. Но что Давиду казалось абсолютно невозможным — две гитары, футляр со скрипкой и три сумки на одном мотоцикле, — индусу удалось с поразительной легкостью. Аша что-то прикинул, кивнул сам себе, и через пять минут все уже было привязано, уравновешено и готово к поездке.

Дома Давид разложил вещи, побрился и сходил поплавать. Легкий морской бриз пах йодом. Вернулся домой и задремал на тахте. Его разбудил Аша.

— Вставай, вставай, — со смехом говорил он, — чемодан пришел.

Во дворе седой таксист пил чай, сидя под пальмой. При виде Давида встал, отер усы и заулыбался, отчего морщин на лице стало раза в три больше.

— Говорит, сначала все дом в Морджиме спрашивал, — пояснил Аша, — про высокий мужчина черный волосами и маленький девушка солнце волосами. Потом сюда Мандрем пришел искать.

Давид крепко пожал седому руку, достал из кармана банкноту и протянул ему. Таксист радостно сунул деньги в карман, а из другого достал клочок бумажки. Протянул Давиду и стал что-то говорить, обращаясь к Аша на хинди.

— Говорит, друг ваш искать тебя тоже, — сказал Аша, — но сюрпризом хотел, чтобы он, — Аша ткнул пальцем в таксиста, — тебе не говорить, а звонить сразу ему.

— Наверное, ошибся. — Давид покрутил в руке бумажку с телефонным номером и задумался. Что за друг? Вряд ли тот, кого он в Тель-Авиве вырубил.

Он пожал плечами, дал таксисту еще одну купюру и попросил: если тот снова встретит «друга» — не говорить, где они остановились.

Несколько раз Нара пыталась заговорить с водителем, но тот лишь кивал и улыбался. Одна радость — никуда не завез и не напал. Машина пересекла мутную речку по мосту, проехала вдоль оврага и вырулила к пляжу. Водитель обернулся с вопросительным выражением лица.