Книга Переводчица для Босса, страница 29 – Никки Зима

— Не утруждайте себя. Я сама найду выход.

Сухоруков смотрит в окно и даже не поворачивается ко мне.

— Простите, — тихо говорит мне Алина.

— Да-да, всё нормально. Пошли.

Мы выходим с ней из переговорной.

— Я провожу вас до лифта. Мне очень жаль, что так получилось. Вы действительно очень здорово переводили на встрече.

— Спасибо.

— Корейцы были от вас в восторге, такое не часто случается. Обычно они довольно скупы на похвалы.

Мы молча идём по бесконечному коридору к лифтам.

Я чувствую на себе взгляды сотрудников — любопытные, сочувствующие, немного испуганные.

Видимо, новость о том, что кого-то выставил лично Сухоруков, разносится быстрее служебного меморандума.

— Простите ещё раз, — тихо говорит Алина, нажимая кнопку вызова лифта, — он сегодня...

— Вам не за что извиняться. Думаю, что он всегда в таком настроении. Вы за него не в ответе.

Я пытаюсь улыбнуться, но получается кривая гримаса.

— Вы тоже не переживайте.

— Да мне всё равно. Ничего страшного. Поедем вместе вниз? — предлагаю я, — а то он сказал «проследить лично». Не хочу, чтобы у вас из-за меня были неприятности.

Алина качает головой, и её аккуратная каре взметывается волной.

— Не беспокойтесь, я решу этот вопрос. У меня есть пара дел на этом этаже. Я не сразу вернусь.

Дверь лифта бесшумно открывается. Я делаю шаг внутрь, чувствуя себя заключённой, которую ведут на казнь.

— Спасибо вам, — говорю я ей на прощание, — за человечное отношение. Это сейчас редкость.

— Удачи, — искренне отвечает она, и дверь закрывается, отделяя меня от мира мрамора, стекла и несбывшихся надежд.

Я выхожу из башни на улицу. Ветер бьёт в лицо, и он кажется гораздо холоднее, чем полчаса назад.

Плакали мои высокие зарплаты. Плакала моя ипотека, которую я мечтала погасить досрочно.

Плакал отпуск на море и новый шикарный ремонт в затопленной квартире.

Всё мои планы разбились вдребезги вместе с той дурацкой вазой с кувшинками.

Стою, смотрю на небоскрёбы Москва-Сити, и внутри всё сжимается в комок обиды и злости.

Ну нет же! Я не позволю какому-то высокомерному мерзавцу-миллиардеру сломать меня!

Если он думает, что, вышвырнув меня, он поставил точку в моей карьере, он сильно ошибается!

Я решительно разворачиваюсь и иду в ближайшее кафе. Там приятно пахнет корицей и молотыми зёрнами дорогого кофе.

Заказываю двойной капучино, достаю ноутбук и открываю сайты с вакансиями.

Пальцы летают по клавиатуре. Я снова в строю.

Пусть Сухоруков и его ваза останутся в прошлом. Будущее ещё не написано, и я сама автор сценария своей жизни. И следующая серия обязательно будет счастливой.

Смотрю, как эта чертовка Лада выходит, демонстративно покачивая бёдрами.

Дверь закрывается с таким выразительным щелчком, будто она мне только что хлопнула дверью перед носом.

Уборщица уже собрала с пола воду и осколки. На столе лежит уцелевшая кувшинка. Бросаю её в мусорку. Не промахиваюсь. Точно в цель.

«В одну воронку снаряды не попадают дважды?» — всплывает в голове идиома. Да какие там дважды! У меня уже целая братская могила из таких «совпадений» с этой соседкой.

Достаю мобильник, тыкаю в контакт Алины. Она влетает в кабинет, как будто всё это время стояла за дверью на одной ноге в ожидании моего зова.

— Алин, нужны новые вазы. Срочно, — бросаю я, разглядывая осколки.