Книга На перекрестках судьбы, страница 45 – Оливер Стормс

Мать складывает последнюю рубашку и встает, чтобы вернуть аккуратную стопку вещей на полку.

— Родная, ты уверена, что хочешь делать этот выбор прямо сейчас?

Андреа молчит. Не представляет даже, что сказать. Она не задумывалась о том, о чем сейчас говорила мама. Да, она хотела учиться. И да, не стала подавать заявление на этот год, чтобы разобраться в том, чему именно она хочет учиться, возможно, попробовать себя в разных ролях в фирме отца.

Но раз они теперь в Ливенворте, то и нынешний год она проведет в Ливенворте. С Алексом.

А в следующем году ей в любом случае придется уехать.

Мать встает, приближается к ней, опускает ладони на плечи и заглядывает в глаза.

— Ты у меня красавица и умница. Пробивная. Упрямая, в хорошем смысле. Не позволяй ни одному мужчине, даже лучшему из них, решать свою судьбу, иначе можешь остаться без гроша в кармане, без образования, без ничего. Разведенной, а то и вдовой, в какой-нибудь провинциальной дыре с двумя-тремя спиногрызами на шее.

— Спиногрызы – это мы с Эммой?

Мать смеется.

— Ну что ты! Вы мои любимые доченьки. А спиногрызами вы были лет пять назад. – Она разворачивает Андреа к зеркалу и поправляет на ней сарафан. – Надень лучше сиреневый. Этот я покупала тебе на вырост, а где надо, так и не выросло.

Она указывает на вытачки в области груди, где сарафан действительно сидит слишком свободно.

— И ради бога, выкинь этот хлам, который даже моль брезгует есть! – Мать машет в сторону груды вещей на полу. – Не позорься перед этим своим Алистером.

— Алексом, мам.

— А я что сказала?

Настоящее

Несмотря на поздний отход ко сну, утром Андреа встала с постели полностью отдохнувшей и с приятным чувством, что все будет хорошо. Она не знала, как и когда, но была твердо уверена, что будет.

Вчерашний вечер был просто идеальным. Ей очень не хватало таких вечеров в ее былой жизни. Былой жизни… Это звучало громко. Но всего за одну ночь Андреа вдруг поняла, что как раньше уже не сможет. Уходить рано утром и возвращаться за полночь. Сидеть до поздней ночи, а то и до раннего утра за ноутбуком, засыпая над ним же. Забывать про здоровье, семью и личную жизнь. Терять себя саму.

Случилось ли осознание внезапно, как по волшебству? Конечно, нет. Напряжение давно зрело в ней, искало выход, вырывалось наружу в виде приступов тревоги и выгорания. Ей еще повезло, что у нее не появились более серьезные проблемы со здоровьем. Или же она о них пока не догадывалась.

Нет, эти внутренние изменения не были внезапными. Ей просто требовался хороший толчок, которым и стала поездка, а вишенкой на торте был вчерашний вечер. Немного свободы и романтики. И, разумеется, хорошая компания.

Алекс… В какой-то момент ей показалось, что он ее поцелует. Или она его? Трудно сказать, когда оба были под властью романтичной атмосферы Чикаго. Жалел ли Алекс, что приехал на пирс? Жалел ли, что отстранился, а не отдался воле чувств?

И были ли в нем эти чувства?

И как она сама относилась к тому, что происходило между ними? Теперь уже не было смысла отрицать. Десять лет назад все закончилось не особенно хорошо. Но тогда они были юными. Глупыми, наивными и упрямыми. Она смогла простить и отпустить, но смог ли Алекс? В конце концов, он был так сильно обижен, что даже не пытался с ней поговорить. А ее попытки достучаться до него провалились в пустоту.