Книга В плену у судьбы, страница 37 – Кристина Лин

Но это было лишь началом.

Я вспомнила тот день. Все то, что тогда происходило. И все, что стало происходить после, стало в стройный ряд из обрывков воспоминаний. Меня охватила такая злость, которой никогда раньше не ощущала. Она, как раскаленное железо, заструилась по венам, разжигая внутри настоящий пожар.

Жар охватил тело. Сырость серого тумана стала отступать. Черные лохмотья воспоминаний разлетелись в стороны, как испуганные вороны. Темнота сменилась ярким светом, мои глаза резко открылись. Я пошевелилась в кровати и приподнялась на локтях.

— А-а-а! – раздалось испуганным воплем у меня над ухом. Повернувшись, я перехватила, ошалевший от ужаса, взгляд Клавдии Никифоровны. – К-к-как?!

Захотелось плюнуть ей в лицо. Именно она была тем третьим в комнате, из самого дальнего воспоминания моей души.

— Т-ты жива? – пролепетала женщина, глядя на меня вытаращенными глазами.

Наверное, никогда еще я не ощущала такого мстительного злорадства.

— Сюрприз! – улыбнулась, глядя на женщину таким взглядом, от которого та стала пятиться назад. Пока не рванула из спальни так, что только пятки засверкали.

За свою долгую жизнь Филипп Аркадьевич привык действовать определенным образом. После очередной роковой ночи он никогда не оставался в особняке, не видел смысла. Дальнейшее ему было хорошо известно, а наблюдать за нудной процедурой похорон не было желания. И, как всегда ранее, так и в эту ночь, он просто уехал.

Однако, в этот раз все было совсем не так, как всегда. Да и, если уж совсем быть честным, все этой ночью шло не по плану. Начиная от внезапного появления Виктории и заканчивая тем, что он почувствовал с ней. В эту ночь Варшавский впервые почувствовал свою вину за то, чего нельзя исправить. И это сводило с ума, растворяя радость победы в котле вязкой беспомощности.

Как только Виктория потеряла сознание, Варшавский встал с кровати, оделся и вышел из спальни. Видеть бледную тень девушки, которая еще недавно была полна сил, а теперь лежала в его кровати поломанной куклой, оказалось тем еще испытанием. Хотелось бежать куда глаза глядят, чтобы заглушить боль, которая разрывала сердце. И Варшавский не сразу смог осознать, что боль эта не физическая, она рвалась из самой глубины его души.

Он вышел во двор, быстрыми шагами прошел в гараж, сел за руль. Все на автопилоте, машинально. Резко включил мотор, машина рванула с места.

Хотелось разорвать порочный круг и вернуться назад. Хоть на день, когда еще все можно было исправить. Но, к сожалению, в его копилке знаний, не было нужного умения. Поэтому он просто гнал автомобиль вперед, вжимая ногу в педаль газа. Чтобы убраться прочь от проклятого дома. И себя самого. Оказаться там, где нет ни прошлого, ни будущего. Где можно забыться и просто жить. Туда, где ему было бы просто спокойно.

Жалел он о том, что произошло сегодня? Этого он сам не мог понять.

Эта девушка всегда возвращается, каждую жизнь, воплощаясь, приходит к нему. Снова и снова. Чтобы отдать всю себя и погибнуть. Она сама так пожелала когда-то. А он просто взял то, что получилось забрать так легко.

Устраивало его такое положение дел? Бесспорно, да.

Хотел бы он вернуться в тот день, в прошлом, чтобы все изменить? Нет.

Но было то, чего он не мог понять, что не давало покоя. Было в Виктории что-то такое, чего он не замечал прежде. Иное, неуловимое, притягательное. Не просто сила притяжения, которая при каждой встрече, тянула их обоих друг к другу. Здесь было что-то еще. Но, вот, что?