Книга Шёпот судьбы, страница 44 – Кэтрин Коулc

— Серьезно, пап? — Нэш замер. — Сегодня я трижды просил тебя пройтись со мной.

Натан пожал плечами.

— Ее компания лучше твоей.

Грэй усмехнулась.

— Безсомненно.

— Пошли, — позвала я.

Мы с Натаном двинулись по коридору, подальше от тихих звуков спортивной игры, шедшей по телевизору, и приглушенных разговоров. Мы направились к противоположной стороне дома.

— Теперь все шепчутся за моей спиной, — проворчал Натан.

— Только потому, что ты дал им повод.

Его челюсть сжалась.

— Зачем ты так? Мне кажется, ты был бы счастлив, вернись Холт домой.

— Так и есть. — Его голос звучал хрипло, будто у бывалого курильщика.

— И все же ты не вел себя как отец, радующийся возвращению сына.

Натан на мгновение замолчал, шагал он с трудом, но лучше, чем в прошлый мой визит сюда.

— Он не останется.

— Ну и что?

Он вскинул голову вверх.

— Я хочу проводить время с сыном. Я мирился с его гонкой за каждой опасной для жизни ситуацией, которую он мог отыскать по всему земному шару, но с меня довольно. Я не знаю, сколько времени у меня осталось на этой земле, и хотел бы по-настоящему узнать своего мальчика, прежде чем меня не станет.

Я слегка сбилась с шага и уставилась на Натана.

— Так, ты… что? Пытаешься таким образом заставить его остаться?

Натан покраснел.

— Эй, до сих пор это работало. Он пробыл здесь двое суток. Это самый длительный период его пребывания дома за последние десять лет.

С болью в груди я повернулась к Натану и потянулась к его плечам.

— То, что есть у вас двоих, — драгоценно. Заржавевшие чувства не означают, что корни потеряны. Если хочешь снова наладить отношения, будь честен. Скажи ему, что хочешь, чтобы он остался. Что тебе нужен шанс узнать человека, в которого он превратился.

Я так сильно любила эту семью, что с готовностью подвергла бы себя мучительным пыткам, где кислоту выливают на рану. Но я знала, как жить с болью. Со временем я справлюсь и с этой. Я свыкнусь с болью и смогу ее вынести, если Хартли обретут покой.

Натан сжал губы.

— Я подумаю об этом.

Взяв его под руку, я повела нас обратно в гостиную.

— Это все, о чем я прошу.

Из подвала донеслось что-то похожее на топот стада слонов, затем последовали ликующие крики и какая-то болтовня из видеоигры.

— Лучше нам вернуться, — сказал Натан, ускорив шаг и выглядя гораздо бодрее, чем раньше. — Мои внуки могут съесть дом целиком.

— Каков отец, таков и сыновья, когда дело доходит до еды.

Натан фыркнул.

— Я не воспитывал дураков.

С ухмылкой на губах я вошла в гостиную. Но она сникла при взгляде на открывшуюся передо мной картину.

— Отпусти, дядя Холт, — хихикал Чарли.

Холт пощекотал бок мальчугана, перевернув его вверх тормашками и держа за лодыжку.

— Что мне за это будет?

— Ты получишь первый кусок пирога! Обещаю!

Холт поднял его выше, пощекотав другой бок.

— Не знаю, верить ли тебе…

Чарли взвизгнул и засмеялся, схватив пирог, лежавший на столешнице.

Холт подбросил его в воздух, а затем поймал, и Чарли умолял его сделать это снова.

Наши взгляды встретились. Целая жизнь пронеслась за считанные удары сердца — годы, наполненные моментами, когда Холт дразнит наших детей, подбрасывает их в воздух и заставляет хихикать. Годы, наполненные наблюдением за тем, как они растут и превращают нашу семью в футбольную команду, о которой мы всегда мечтали.