Книга Сделка, страница 1 – Лисса Джонс

Виктор

Гребаный конец моего гребаного мира. Она на коленях.

Она сидит на полу перед Вороновым, развалившемся на кожаном черном диване. Одна его рука на спинке. Другая – в ее волосах. Она давится членом, когда он прижимает её затылок к своему паху и резко дергает бедрами вперед. Характерный звук горлового минета заполняет кабинет владельца ночного стриптиз-клуба.

Долбаное. Крушение. Титаника.

Моя девочка.

Моя. В темном кабинете, пропахшим виски, табаком и кожей. В белоснежном шелковом платье. Дает трахнуть себя в рот моему лучшему другу.

Время замедляется до чудовищной пытки. Картинка с болью выжигается на обратной стороне сетчатки.

Жилы в узлы. Кровь стынет и густеет.

Кадры из дешевого порно причиняют адскую боль, но, как проклятый мазохист, не могу двинуться с места.

Вот она! Ваша, сука, любовь?! То, чем вы все так дружно восхищаетесь?! Дает поиметь себя до самых гланд?!

Внутри рвет на живую. Буквально. Грудная клетка, ребра, сердце – все трещит по швам. Захлебнуться можно. Любви перегрызают глотку черные монстры.

На первом этаже играет «Happy Birthday». Девочки go-go репетируют ночное шоу. Грузчики заносят короба импортного алкоголя. Во всю готовят вечеринку в честь вернувшегося раньше времени меня. А на втором этаже нашего клуба мой лучший друг зажимает ей нос, заставляя сглатывать.

Ирония судьбы – я прилетел из Германии на несколько часов раньше, чтобы сделать ей сюрприз. Сюрприз получился обоюдным.

С долбанным возвращением! С Днём рождения!

— Глубже, – хрипит Кир, и его пальцы впиваются в ее волосы. – И глотай.

Желчь поднимается к горлу. Спазм тошноты скручивает мой живот, когда, судя по звукам, вырывающимся из его глотки, Кир кончает. Спазм настолько сильный, что приводит в чувство. Я снова могу двигаться.

Шаг назад. Подошва ботинка скрипит.

— Стучаться не… – начинает Кир, но его голос обрывается. Глаза в темноте сначала сужаются. Через секунду расширяются, как у загнанного зверя.

Он узнает меня.

Он знает, что будет дальше.

Кир отталкивает Алю так резко, что она падает навзничь. Нить слюны тянется между её открытым ртом и его ещё пульсирующим членом. Твою же… сейчас вырвет.

— Боже… – её голос дрожит. – Боже, Вить…

Я не могу смотреть на неё. Не могу слушать всхлипы после стонов. Иначе задушу голыми руками. Разворачиваюсь. Вылетаю. Коридор «Койота» – длинный, как тоннель из ада.

— Вик… Блядь, дай объяснить!

Внутренности наливаются тяжелым свинцом, но в голове – мертвая пустота. Ни одной мысли. Все, что я делаю – молча киваю начальнику службы охраны. Я не в состоянии разговаривать.

— Какого чёрта?! С дороги, придурок! Забыл, кто тебе платит?! – кричит Кир, но его оттесняют три здоровенных охранника. – Вить, нет! Блин, стой! Не делай этого!

Дверь клуба захлопывается за моей спиной.

Последнее, что слышу: громогласное, разрывающее барабанные перепонки «Пожалуйста!».

Ночь встречает ледяным дождём. В кармане жжёт помолвочное кольцо. Три карата. Гравировка. Белое золото.

«Моя жизнь. Мое вдохновение. Мое все».

Его судьба незавидная. Либо Нева. Либо мусорка у клуба. Рядом с объедками и шприцами.

Такси.

Бар.

Первый стакан текилы обжигает горло. Сегодня я выпью за свой День рождения. И за то, что через пять-семь лет Воронов выйдет из тюрьмы, лишившись всего. Я запру его в клетке, раз он не в состоянии контролировать свой член.