Книга Сделка, страница 209 – Лисса Джонс

Перебирая пальцами молочный шелк открытого платья-комбинации одной рукой и держа бокал в другой, исподлобья смотрю на того, кто вот-вот получит еще один сюрприз. Ловлю его взгляд и улыбку, улыбаюсь в ответ и в серых глазах читает неприкрытое желание скорее сбежать отсюда, остаться вдвоем в домике на берегу.

Сердце делает кульбит, и я разрываю зрительный контакт, прикрывая глаза. Волнение накатывает, я уже жалею о том, на что решилась. Но отступать поздно. Вот-вот приедут последние гости. Надо бы предупредить его? Или лучше пусть не знает до конца?

— Потанцуем? – От тихого вопроса вздрагиваю, поднимаю голову и сталкиваюсь с искрящимися глазами. С кривой улыбкой. С протянутой ладонью. Ставлю бокал на стол и принимаю приглашение.

Витя, не пряча хитрую улыбку, ведет нас в танце к центру просторного банкетного зала, не обращая внимание ни на кого из гостей. Да и я больше никого не вижу. Никого и ничего.

— Ты разговариваешь с папой чаще, чем со мной. – Моя ладонь на его плече, рука в руке. Оказавшись близко к небольшой сцене, мы останавливаемся и покачиваемся в такт неспешной мелодии.

— Хочешь обсудить виды штукатурки или правила получения лицензий на охотничье ружье?

Широкая ладонь лежит исключительно на талии, но едва заметно скользит вверх-вниз по тонкому шелку, жар его тела кружит голову, и я прижимаюсь носом к впадинке между ключицами в расстегнутом вороте неизменно черной рубашки.

— Люблю тебя. И скучаю.

— Знаю, – Витя прижимает к себе поближе, тихо отвечает в макушку, и весь мир исчезает, растворяется в теплоте и запахе его парфюма. – Осталось немного.

До июня и правда немного, а потом мы на все лето приедем сюда. Все лето проведем в шато. А потом снова Питер. Магистратура. Много-много планов. Моя щека прижимается к рубашке, и мы почти не двигаемся.

— Ты прекрасна, – прерывистый шепот в волосы заставляет чуть выгнуться в пояснице, вырывая смешок. – Давай уйдем?

— Рано еще, – незаметно трусь кончиком носа о мягкую ткань и едва не мурлычу.

Водитель отеля написал, что они уже подъезжают. Гостей везут из сочинского аэропорта несколько часов.

Витя немного отстраняется, мягко касается подбородка, прося поднять голову. Музыка заканчивается, и в тишине слышу только его обволакивающий бархатный голос.

— Выходи за меня, Василиса.

Виктор

Зеленые глаза в удивлении распахиваются, пальцы цепляются за мои плечи, и Василиса реагирует совсем не так, как я представлял. Не обнимает, не целует, не произносит заветное «да».

— Зачем сейчас? – Растерянно моргает. – Все же хорошо, больше не нужно разыгрывать…

Возвращается посторонний шум, играет новая мелодия, гости присоединяются к нашей паре, а мы так и стоим.

— Я серьезно. – Отпускаю ее подбородок и мягко накрывает ладонью щеку. – Это предложение, а не шоу для всех них. – Обвожу взглядом гостей у столов, бара, выхода на террасу. И замираю.

Рыжие волосы.

Белоснежная рубашка.

Девушка рядом.

Какого. Нахрен. Дьявола. В такой момент! Кирилл Воронов на пороге в ресторан тоже останавливается, встретившись со мной глазами.

— Это я пригласила… Эй! – Василиса резко хватает за подбородок и заставляет отвести взгляд от Воронова с какой-то девицей, берущей его под руку.

— Не злись, но… Вам нужно поговорить. Без драк. Для того, чтобы двигаться дальше. Питер – твой дом. Там осталась галерея. Ты скучаешь и по ней, и по городу, и по этому идиоту, как бы мне не хотелось это признавать. А он принял приглашение и прилетел в Сочи! Ради тебя! А потом ехал четыре часа только чтобы…