Книга Сделка, страница 76 – Лисса Джонс

— Она волонтер на пару недель.

Я бы полжизни отдал за то, чтоб увидеть еще раз этот взгляд, полный непонимания и негодования!

И когда Агнесс разворачивается к Василисе, ловлю себя на мысли, что готов в любой момент увести, унести, оттащить Пожарскую подальше от девчонки, – кем бы они там друг другу не были – если замечу еще хоть раз страх в зеленых глазах.

Но Василиса меня не подводит.

— Агнесса Юрьевна! Я же тут не просто так!

В тот миг, когда Никольская второй раз перебивает Агнесс, когда эта женщина на моих глазах превращается в подобие подтаявшей от самостоятельной внучки бабули, не могу сдержать победной улыбки.

Браво, Василиса! Просто браво!

Прикусывая губу, слушаю, как Василиса рассказывает сказки про инвентаризацию, оптимизацию и…

— Мне нужно учиться где-то!

И она ведь это серьёзно. Саша сказал, что девушку отправил в кафе, но не сказал, что кафе доверил ей.

Василиса умоляюще смотрит на меня взглядом олененка из детского мультика, жестом просит подтвердить ее слова. Господи, если даже я готов повестить на этот ее мнимый беззащитный вид… Пожарская сделает для нее все, что нужно будет мне. Остаётся только договориться с девушкой. А Василиса, как оказалось, гораздо амбициознее, чем я думал.

Осталась одна проблема. Я все еще сомневаюсь, что смогу подойти к ней ближе, чем на расстояние вытянутой руки, не вспоминая при этом бывшую невесту.

Ладно… Ладно. Нужно просто попробовать. Эта девушка, кроме внешнего сходства, ни капли не похожа на нее. Напротив. Совершенная. Превосходная. Противоположность.

Значит, все должно получиться.

— Знаете, Агнесс, время идет, а вы не меняетесь. – Смотрю на женщину, вспоминая, как она подобным образом вела себя с Алей. Аля никогда не могла противостоять своей дальней родственнице-бабуле.

Просчет, старая ведьма. Потому что Василиса Никольская – абсолютно другая.

Агнесс допускает ошибку, не видя отличий между ними. Чувство взрывной радости, будто я сорвал куш в тот миг, когда увидел эту разницу, накрывает с головой.

— Василиса – лучший волонтер из всей группы.

Смотрю на нее, и слова складываются в предложения сами собой. Все, что сейчас слетает с языка, предназначено не Пожарской, а ей.

— Она не просто помогает с выставкой. Она – помощник Саши. Думаю, это взаимовыгодное сотрудничество как для нее, так и для моего управляющего.

Это мое будущее предложение для Василисы Никольской. Отправляю Пожарскую к себе в кабинет, сам задерживаюсь тут. Рядом с зависшей в прострации Василисой, прожигающей взглядом Агнесс.

Я подхожу слишком близко.

Больше не вижу в ней осколки прошлого. В груди оживает сердце. Бухает, стучит о клеть из ребер.

— Интересно.

Тяжело сглатывая, перебарываю тремор в руках. Наклоняюсь ближе к прикрытому волосами уху, ловя себя на мысли, что ощущаю будоражащее нервы наслаждение от ее неловкости и зажатости.

— …значит, учиться здесь приятнее?

Рядом с ней захлебываюсь от бурлящих под кожей эмоций. Это как штормовые волны Черного моря. Они захлестывают с головой, не давая дышать. Но захлестывают не привычными за последние пять лет потоками ледяного страха, вины и паники, не знакомой до боли злостью и раздражением, а чем-то совсем иным. Волны этих чувств теплее.

Щекочет ноздри женственный, тонкий, и, зараза, едва уловимый, а оттого сильнее дразнящий аромат цветущей жизни.