Книга Не верь мне, страница 2 – Ольга Рузанова

Я теряюсь. На враждебной территории даже рядом с Просекиным чувствую себя не в своей тарелке.

Едва нас замечают, как всю округу оглушает пронзительный женский визг. За мгновение до того, как я отскакиваю от Пашки, на нем повисают сразу три девицы.

Оставив его на растерзание повернутым на его члене самочкам, продолжаю медленно шагать по тропинке по направлению к гудящей толпе. Сощурив глаза, пытаюсь поймать в фокус высокого брюнета.

Мое дефиле сопровождается ошеломленно – презрительными взглядами.

Мне здесь официально не рады.

Но, на ватных ногах и с сжавшимся от тревоги сердцем, я продолжаю обходить гостей, пока на примыкающей к торцевой стороне дома террасе не вижу хозяйку праздника Авдеенко Есению, висящей на шее у... моего парня.

Примерзнув ногами к бетону, застываю.

Сердце с треском рвется пополам. Как он мог?!

Хватаясь рукой за горло, наблюдаю, как его рука обвивает талию Авдеенко, а она, поднявшись на носочки, губами к щеке его тянется.

— Андрей! – выкрикиваю я, понимая, что до ужаса боюсь увидеть, как они целуются.

Оба резко оборачиваются. Николаев ошарашенно таращится на меня и пытается снять со своей шеи руки Авдеенко. Та, быстро сориентировавшись, все таки успевает прижаться к его губам.

— Катя!...

— Козел!

— Ты что здесь делаешь?! – отстраняет ее в сторону и шагает ко мне.

Меня колотит всю жутко, в ушах шум нарастает и, едва он оказывается в метре от меня, бросаюсь вперед с кулаками.

— На даче?! У родителей?! – выкрикиваю, целясь в лицо.

— Тихо – тихо...

— Больная! – раздается неподалеку возмущенный голос Авдеенко, – Кто тебя сюда пустил?!

— Вот ты урод!... Боже... какой ты урод, Андрей! – выдавливаю сквозь стиснутые зубы, продолжая его дубасить.

Схватив, наконец, мои запястья, он резко встряхивает меня, за что тут же получает по колену.

Громко взвывает от боли, отпуская меня, и вдруг отлетает назад на пару метров.

— Я же предупреждал, Андрюха, – склоняется над ним Просекин, – обидишь – урою.

— Сука–а–а–а–а–а... – стонет Николаев, держась за лицо, – но–о–ос!

В порыве бросаюсь к нему, но Авдеенко меня опережает. Падает перед ним на колени и пытается посмотреть, что там Паша ему разбил. Поднявшись на локте, тот смотрт на меня.

— Ничего не было, Кать, – гнусавит он, – я только что приехал...

— Не ври... не только что... – всхлипываю, ловя взгляд Есении.

Если это провокация и подстава, то она удалась. По хитро сощуренным ее глазам понимаю, что права.

— Андрюш, пойдем в дом... там аптечка есть. Надо кровь остановить.

Смотрю на них, а внутри ревность когтями скребет. Я точно знаю, что было, если бы я не приехала.

— С ними пойдешь Андрюше кровь останавливать или поедем? – спрашивает ровно Пашка.

Бросаю на них взгляд ещё раз и отворачиваюсь. По лицу текут слёзы. Это видят по меньшей мере двадцать человек.

— Поедем.

Наградив хмурым взглядом, он берет мою руку и ведет к выходу.

— Катя! – кричит Андрей вдогонку, но я нахожу в себе силы не обернуться.

Идем, кажется, целую вечность, потому что все присутствующие уже в курсе, что произошло и теперь ковыряют меня ехидно – злорадными взглядами.

— Паш, уходишь уже?... Может, вернешься потом? – пристают к нему какие–то девицы.

Мне настолько плохо, что абсолютно все равно, вернется он сюда потом или нет. Главное, сейчас самой побыстрее отсюда уехать.