Книга Не верь мне, страница 21 – Ольга Рузанова

Нервничая, все время щелкает пальцами и трогает свою серьгу.

— Помирились с Николаевым?

— Нет!... То есть... мы разговаривали...

— И он сказал, что оказался там случайно, а Авдеенко вешалась на него сама?

— Ну, примерно это он и сказал, да, – смеется Котя, – Говорит, что между ними ничего не было.

Охренеть. Я ему зря сопатку разбил, что ли?...

— Разумеется, не было. Андрей не станет врать.

Лебедева смеется, а потом спускает обе ноги на пол и, выпрямив спину, упирается ладонями в край кресла. Я поднимаюсь на локте, и становится понятно, что непринужденностью, которую мы так старательно играли, даже и не пахнет.

— Вот... – склоняет голову набок и быстро пробегается кончиком языка по губам, – думаю, не поторопилась ли я?... Может, дать Андрею шанс?

— Сама решай. Делай, как подсказывает тебе твое сердце.

Катя усмехается, отводит ненадолго взгляд, а потом снова смотрит на меня – на этот раз с обидой.

— Ты злишься? Считаешь, я специально это сделала?...

Злюсь, да. Но тупанули оба. Оба виноваты.

Катя

Мой стоящий в подставке телефон заляпан мукой и брызгами жидкого теста. Я тороплюсь и все время жму на паузу, чтобы успеть сделать все, что требуется по рецепту.

Стараясь действовать осторожно, выливаю смесь в силиконовую форму и ставлю ту в духовой шкаф. Остается вымыть посуду, отчистить все поверхности – и шарлотка по рецепту известного кулинарного блогера готова!

Мама будет в шоке!...

— Закончила? – спрашивает тетя Марина, заглядывая в кухню, – Я уже могу заняться ужином?

— Пять минуточек!... – восклицаю с воодушевлением.

Я решила пройти кулинарные курсы онлайн, а также подумываю записаться на обучение стилистике и управлению своими финансами.

Почему нет, если бездействие меня убивает!...

Я устала бегать на коктейль – пати с подружками, устала отбиваться от Николаева и устала ждать звонка Пашки.

Он морозится. На мои сообщения отвечает сухо и односложно, никуда не зовет и сам не приезжает. Это невыносимо. Порой мне кажется, я никогда не справлюсь с разрушающим изнутри чувством потери.

Наша многолетняя дружба дала трещину, которую уже ничем не склеить.

Пока шарлотка запекается, я привожу кухню в порядок, а потом, выждав положенное время, вынимаю форму из духовки. Выглядит почти так же красиво, как на картинках в интернете. Надеюсь, на вкус будет не хуже.

— Пахнет неплохо, – говорит тетя Марина.

— Правда?...

Однако в момент, когда приходит время достать выпечку из формы, что–то идет не так.

— Черт... – ругаюсь, пытаясь отлепить шарлотку от силикона.

— Ты смазывала ее маслом?

— Эммм... забыла!...

— Дай сюда, – тетя Марина отодвигает меня в сторону и заворачивает форму в смоченное в холодной воде полотенце.

Я, наблюдая за ее действиями, вдруг чувствую, как в горле вырастает ком и появляется непреодолимое желание прямо сейчас зарыдать в голос.

Я неудачница!...

И Пашка!... Пашка просто говнюк!

— Все получится, – успокаивает меня тетя Марина.

— Угу... Я сейчас...

Забираю телефон, выхожу из кухни и взлетаю по лестнице на второй этаж. Закрывшись в своей комнате, падаю на кровать и сразу набираю Просекина.

Он отвечает спустя три длинных гудка.

— Паш... привет! – выпаливаю в трубку на эмоциях.

— Привет, – отвечает он ровно, – Что случилось?

Я издаю короткий хриплый смешок и, перекатившись на спину, сгибаю ноги в коленях и забрасываю одну на другую.