Книга Развод. Одержимость Шахова, страница 77 – Tommy Glub

Я сглатываю вязкий ком в горле и замечаю, что руки не перестают мелко дрожать. Пробую заварить успокаивающий чай, надеясь, что запах мяты отгонит гул в голове. Но тут под ногами раздается негромкий скрип — и я поднимаю взгляд на входящего сына.

— Мам, доброе утро, — Димка слегка сонно трет глаза, но выглядит счастливым, как и всегда. Он уже пять лет в этот день радует меня своим счастьем, которое разгоняет мою тревогу одним только его взглядом. Впрочем, не только лишь в этот день. Каждый день. Каждый час. Я не могу поверить, что он со мной. Что я вытянула силой наше счастье у его же отца… — Едем выбирать подарки?

— С днем рождения, родной, — отвечаю, стараясь вложить в слова всю любовь, что во мне пульсирует. Подхожу ближе и обнимаю его, вдыхая знакомый запах детского шампуня и какой-то особой энергии, которой полны дети.

— Ты первый подарочек сейчас получишь, — добавляю, поправляя ворот его футболки. Он садится за стол и я ставлю перед ним любимые вафли с шоколадной пастой и ягодами. — А потом мы рванем в торговый центр… В конце концов, сегодня твой день, и все сюрпризы у нас еще впереди.

Димка широко улыбается, и начинает кушать. Все плохое и тяжелое рядом с этим детским задором уходит на задний план.

Конечно, внутри остается горький осадок от утреннего звонка, от воспоминаний, которые бьют в голову, от сравнения Матео с Шаховым… Но сегодня праздник у моего сына, и я не позволю ничему его омрачить.

А завтра… Нет.

Ни единого шанса для Матео.

Мы едем в торговый центр и несколько часов ходим по разным отделам. Димка не может выбрать между боксерскими перчатками новой модели и конструктором, о котором мечтал пару месяцев. Смеюсь, глядя, как он метается по залу, держа один набор в левой руке, второй — в правой. В нем смешались черты того маленького мальчика, который только научился ходить, и уже едва оформившиеся ростки серьезного характера.

Он безумно похож на Сережу. Он очень красивый, смелый и сильный мальчик. Думаю, когда он вырастет, станет тоже сводить с ума девушек и волновать мое сердце, лихача на мотоциклах и автомобилях. Но это будет потом. Пока что я просто наслаждаюсь им и его детством.

А еще он часто говорит о том, что Сережа переживает за нас. Удивительно? Нет, конечно. Я знаю, что он ждал моего сообщения или звонка. Он ведь… Шахов. Он считает меня и Диму своей собственностью и не отпустит нас. Никогда…

А я… А что я?

Я сейчас не понимаю, что хочу от этой жизни…

— Мам, а можно оба подарка? — спрашивает он, заискивающе улыбаясь, и я не могу не рассмеяться:

— Конечно, можно. У тебя сегодня праздник, — произношу уверенно. Порой во мне просыпается желание экономить, которое появилось в первые полгода тут. Я тогда еще ходила оглядывалась и не понимала, что у Шахова на уме. Ждала, что он объявится. Но время шло и он не прилетал. А потом он стал нас обеспечивать. Так что я мгновенно осекаюсь, представляя, сколько я готова отдать за счастье сына.

Сейчас-то я и сама неплохо зарабатываю.

Все блекнет перед счастливой улыбкой сына, который наконец несет к кассе и перчатки, и конструктор. Я незаметно оглядываюсь, словно проверяю, нет ли знакомых силуэтов. Но день проходит спокойно, без угроз.

И слава богу.

Ближе к вечеру мы приезжаем к ресторану, где уже накрыты длинные праздничные столы с шариками и поздравительными надписями, фотозонами. Аниматоры сразу увлекают именинника и его друзей и подруг. Здесь и друзья Димы из садика с родителями маленьких приятелей, и ребята из боксерской секции, с которыми он полгода делит зал. Пришло очень много гостей. Мы как-то почти со всеми общаемся, несколько раз большой компанией отдыхали у моря и всегда собираемся на дни рождения малых. Приятный гул голосов, счастливые детские вопли, разноцветные упаковки подарков — от этого у меня сразу теплеет внутри.