Книга Запретная для авторитета. Ты будешь моей, страница 23 – Мила Младова

— Тебе понятно?

Челюсть Никиты задеревенела от напряжения.

— Понятно, — поправляя галстук, он встал. — Было очень приятно поговорить с вами, Агата. Мне жаль, что мы не смогли продолжить беседу, — глядя, как он уходит, я вздохнула.

— Мне кажется, это не он. Он не сказал ничего подозрительного. Конечно, стоит учесть, что он и ничего такого, что могло бы опровергнуть его причастность, не сказал, — застонав, я положила голову на руки. — Я очень надеялась, что разговор с ним поможет что-то понять, но ничего не изменилось.

Герман погладил меня по спине.

— Как я уже говорил раньше, мы пока никого не можем списывать со счетов. Независимо от того, он это или нет, я хочу, чтобы он исчез из твоей жизни. Надеюсь, небольшого разговора будет достаточно, чтобы он оставил тебя в покое.

Я подняла голову.

— Да, я тоже надеюсь, — но, будучи писателем, я знала, что нет ничего простого в том, чтобы бросить историю. Если Литвинов действительно писал книгу, я сомневалась, что он так просто от нее откажется.

— Не позволяй этому расстраивать тебя, детка. Ты сильная. Смелая. Не позволяй ситуации заставить тебя забыть об этом, — Герман прижался к моим губам меня мягким, затяжным поцелуем. — Хм. Ты на вкус как кекс с шоколадом.

Я улыбнулась, несмотря на свое отвратительное настроение.

— Поцелуешь меня еще разок?

Его рот изогнулся в забавной улыбке.

— Конечно.

А потом он снова поцеловал меня.

Наблюдая за тем, как Герман очаровывает мою маму, я могла лишь недоуменно качать головой. Пока мы ужинали, он с легкостью справился с ее допросом. Она даже не замечала, как он уклоняется от ее нападок. Она привыкла, что Андрей контролирует их разговоры подобным образом. Именно тогда, когда Герман умело обходил мамину линию вопросов, я поняла, как редко он поступал со мной так же теперь. Мы делали успехи.

Я видела, что он ей очень нравится. Более того, он нравился ей из-за меня. Каждый раз, когда Герман массировал мой затылок, играл с моими волосами или даже улыбался мне, мама просто таяла.

— Агата, ты не говорила мне, что познакомилась с семьей Германа, — сказала она. Для нее знакомство с его родственниками означало нечто грандиозное. Это означало, что я была важна для него.

— Ну, это не было запланировано, — звучало как оправдание. — Я просто случайно оказалась в его квартире, когда там появилась его сводная сестра, — и подслушала разговор с ней, а потом подслушала еще один разговор. С Ликой..

Кстати, о Лике... Как Герман и предсказывал, она пришла к нему на следующий день после своего пьяного звонка.

Он был в своем кабинете в «Убежище», а я — в примыкающей к нему ванной. Стало любопытно, что она скажет, не зная, что я нахожусь в зоне слышимости, и не заботясь о том, что я начинаю внимательно и настороженно относиться к ее выходкам.

— Я надеялась, что найду тебя здесь.

Я услышала, как Герман вздохнул.

— Лика…

— Нет, мне так неловко; пожалуйста, просто дай мне высказаться, Герман. Я сожалею о том, что сделала. Я не должна была звонить тебе. Я не должна была вываливать на тебя все свои проблемы. Я была пьяна и скучала по Лёве, и единственным человеком, который знал его так же хорошо, как я, была ты.

— Это не оправдание, Лик. Ты каждый раз говоришь одно и то же.

— Я знаю, знаю. Мне бы не помешало нормальное оправдание, но его нет. И я прошу прощения за то, что наговорила гадостей про… Агату, — добавила она, помедлив прежде, чем назвать мое имя. — Надеюсь, я не стала причиной ссоры между вами. Уверена, она расстроилась, из-за того, что ты болтаешь с другой девушкой по ночам.