Книга Почему ты молчала?, страница 117 – Анна Шнайдер

— А сегодня ты был с Пашей и Ваней, да? — с любопытством спросила Иришка, и Яков вздохнул. Он понимал, что время поджимает: как бы ни стремилась дочь сдержать своё слово и не выдавать Пашке тайну их родства, она может проговориться просто случайно. И тогда будет взрыв.

— Да, с ними. Собирал вещи, а потом привёз Пашу и Ваню на своё новое место обитания, чтобы посмотрели.

— Ух ты! Я тоже хочу. Можно нам с мамой как-нибудь к тебе в гости прийти?

Яков усмехнулся. Да, Иришка умела брать быка за рога и объяснять, чего хочет.

— Немного погодя, ладно, Ириш? Я хоть обживусь. Да и твою маму пугать своим напором не хочу.

— Думаешь, она испугается? — понизив голос, спросила дочь, и Яков поймал себя на мысли, что несмотря на краткое знакомство, знает, как выглядит её лицо в момент, когда она всё это говорит.

— Пока я официально не свободен — вполне вероятно. Мне нужно получить одну нужную бумажку. Ты знаешь, я тебе рассказывал.

— А-а-а, ну да.

— И лучше, чтобы к моменту, когда ты придёшь ко мне в гости, Паша тоже знал правду. Иначе будет не очень хорошо, если вы внезапно встретитесь.

— Это да. А когда ты ему скажешь правду?

— В следующие выходные. Думаю, уже после того, как ты познакомишься с Ваней.

— О! — оживилась Иришка. — А с ним мы когда встретимся?

— Попробуем в среду. Если получится. Но мне ещё нужно будет согласовать всё с твоей мамой, я пока не спрашивал разрешения.

— Ясно, — вздохнула дочь, а потом, помедлив, добавила, понизив голос почти до шёпота: — Знаешь, мне вчера показалось, что ты нравишься маме. Но у меня мало опыта.

«У меня мало опыта» прозвучало настолько мило, что Яков едва не рассмеялся — сдержался в последнюю секунду, не желая обижать Иришку. Всё-таки она сейчас говорила серьёзно.

— Нравиться — этого мало. Надо любить. Понимаешь?

— Ага…

Полина

После того как Яков ушёл в пятницу, я жила ожиданием воскресенья. Он ведь обещал приехать! И приехал, конечно. Вновь с цветами, причём всё-таки с тремя маленькими букетиками, но без торта. Быстро пообедал с нами на кухне, а потом они с Иришкой отправились в её комнату — собирать румбокс. Я присоединилась чуть позже, и мы полдня занимались тем, что воссоздавали сказочный сад из крошечных деталек.

Иришка была в восторге. Мы, разумеется, не закончили, но собрали много, и мне неожиданно тоже понравился процесс. Сама от себя не ожидала, обычно я не слишком люблю клеить что-то мелкое. Но возможно, дело не в процессе, а в компании? В той теплоте, с которой Яков общался с нашей дочерью, да и со мной тоже.

И тем не менее, уходя, он сказал:

— Ириш, в следующий раз пойдём в кафешку. Как насчёт среды? Вечером, после шести. Я постараюсь уйти с работы пораньше, чтобы у нас было больше времени.

— Отлично! — закивала дочь, и Яков перевёл взгляд на меня.

— Поль?..

— Я не против, — согласилась я, но слегка струхнула, когда Яков добавил:

— Я Ваню приведу полноценно познакомиться. Пока только Ваню. Дедушку и бабушку позже.

— О-о-о! — протянула Иришка, широко улыбнувшись. — Как замечательно! Буду ждать!

И аж заплясала от энтузиазма. Причём настолько заразительно, что даже я, изначально относившаяся с опаской ко всем этим вынужденным родственным знакомствам, заразилась настроением дочери. И правда — чего я так боюсь? Ваня уж наверняка проблем не доставит, да и бабушка с дедушкой лишними не бывают. Конечно, вряд ли они так же легко спустят в унитаз моё восьмилетнее молчание, как это сделал Яков, но благодаря его несомненной поддержке я справлюсь с любым осуждением.