Книга Сладкая месть. Кексик для соседа, страница 19 – Слава Зорина

— Не все, — призналась я, глядя на Демида, который стоял у двери с Бароном.

Лена посмотрела на него, потом на меня, и ее улыбка стала еще шире.

— Ну конечно. Рыцарь в черном свитере. — Она подошла к Демиду, протянула руку. — Спасибо вам за все.

Он пожал ее руку, кивнул.

— Не за что.

Мы открыли шампанское, разлили по бокалам. Лена подняла свой.

— За новые начинания и за любовь! За то, чтобы больше никогда не связываться с такими придурками, как Макар!

Я засмеялась, мы чокнулась бокалами. Демид улыбнулся той самой улыбкой, которую я выиграла на ярмарке.

Когда Лена ушла, мы остались вдвоем. Демид предложил подняться в мастерскую, он хотел закончить работу над рамой. Там он сел за верстак, а я устроилась на стуле рядом, укрывшись пледом. Барон улегся у моих ног.

Демид работал молча, сосредоточенно. Брови сдвинуты, губы сжаты. Он наносил золото на раму тончайшими мазками, и каждое движение было таким точным, что я затаила дыхание.

Люблю.

Слово пришло само, без усилий. Я люблю его. Люблю, как он работает, как молчит, когда не нужны слова. Защищает, не ожидая благодарности, смотрит на меня, будто я нечто ценное, что нужно беречь.

Я не сказала вслух. Слишком рано после всего, что было. Но я знала, и этого было достаточно.

Демид поднял глаза, поймал мой взгляд.

— Что? — спросил он.

— Ничего. — Я улыбнулась. — Просто смотрю.

Он наклонился, поцеловал меня. Я закрыла глаза, позволяя себе просто чувствовать тепло его губ, запах древесины и краски, тишину мастерской, где время текло иначе.

Демид

Тридцать первое декабря началось с того, что я заперся на кухне. Барон остался за дверью, скулил обиженно, но я не мог рисковать. То, что я собирался сделать, требовало полной концентрации.

На столе лежали формы для шоколадного яйца, темперированный шоколад в миске и инструкция, которую написала Лена. Я смотрел на нее в десятый раз и все равно не был уверен, что справлюсь.

«Демид, ты реставратор, — сказала мне Лена, когда я попросил ее научить. — Если можешь восстановить фарфоровую балерину, то справишься и с шоколадом. Просто следуй инструкции».

Но с шоколадом было сложнее, чем с фарфором. Фарфор не таял в руках, не требовал точной температуры.

Я заполнил обе формы и убрал в холодильник. Когда достал, проверил, что шоколад держался крепко.

Я достал коробочку с кольцом из белого золота и выгравированной на внутреннем ободке фразой: «Моему мастеру». Положил в одну половинку яйца. Теперь предстояло самое сложное — соединить половинки.

Яйцо получилось кривым, с неровным швом, но целым. Я спустился в пекарню, Алиса привычно стояла у стола, она обернулась, увидела меня, улыбнулась.

— Привет, думала, ты работаешь.

Я подошел ближе, держа яйцо за спиной.

— Как раз закончил кое-что.

— Что?

Я протянул яйцо.

— Открой.

Она взяла его, посмотрела на меня с недоумением.

— Ты сделал шоколадное яйцо?

— Пытался, получилось подобие.

— Демид, это… — Она осторожно разломила яйцо. Внутри лежала коробочка. Алиса замерла.

— Открой.

Она открыла и тихо ахнула, увидев кольцо.

— Алиса, я слишком долго был один, прятался в прошлом, боялся жить дальше, но ты заставила меня вспомнить, что значит чувствовать. Ты мой мастер, Алиса. Останься со мной. Навсегда.

Закусив кулак, она кивнула.

— Это да? — переспросил я.