Книга После развода. Босс, это твоя дочь, страница 42 – Лилия Романова

Через секунду пришло второе сообщение.

И что у вас общий ребенок?

Сердце провалилось куда-то вниз.

Она даже не ответила. Просто заблокировала экран, но телефон снова завибрировал. Теперь уже рабочий чат. Потом еще один. Потом уведомление из внутреннего корпоративного мессенджера, которым по выходным почти никто не пользовался.

Когда она открыла его, руки стали холодными.

В одном из неофициальных чатов, куда ее еще не добавили, но куда кто-то переслал скрин, уже гуляла фотография из клиники. Размытая, снятая издалека, но узнаваемая: Максим у стойки, она с ребенком на руках, слишком близко, слишком явно не “по-рабочему”.

Под фотографией шли комментарии.

Вот почему ее взяли.

Слухи не врали.

Пишут, это его бывшая.

У них дочь, прикиньте.

Ну конечно. Устроилась красиво.

Алина закрыла чат так резко, будто экран мог обжечь.

На кухне закипал чайник. Соня еще спала. За окном дворник лениво сгребал мокрые листья. Мир вокруг оставался прежним, а внутри у нее уже поднималась та самая, липкая, унизительная паника, которую она ненавидела сильнее всего. Не из-за сплетен даже. Из-за того, как быстро сплетни на таких уровнях превращаются в инструмент.

Телефон снова дрогнул.

На этот раз — Ирина Павловна.

— Доброе утро, — сказала она без привычной сухой вежливости. — Ты уже видела?

— Да.

— Приезжай пораньше.

— Это вопрос или приказ?

— Это возможность прийти раньше, чем на тебя начнут смотреть как на скандал. Используй.

Связь оборвалась.

Алина несколько секунд сидела неподвижно. Потом заставила себя встать, умыться, разбудить Соню, выбрать ей платье потеплее, отдать Свете ключи и инструкции — все обычные утренние вещи, которые сегодня казались почти неприлично мирными.

Соня, жуя сырник, вдруг спросила:

— А начальник тоже любит киты?

— Какой начальник?

— Ну… тот.

Алина замерла с чашкой в руке.

— Наверное, — сказала она осторожно.

Соня кивнула, будто это что-то объясняло, и снова занялась вареньем.

В офисе на нее начали смотреть еще до лифта.

Не в лоб. Не откровенно. Но слишком быстро отводили глаза. Слишком резко замолкали у кофемашины. Слишком многозначительно притихали, когда она проходила мимо.

Ирина Павловна ждала ее в кабинете.

— Сядь, — коротко сказала она.

Алина осталась стоять.

— Лучше так.

Руководительница смотрела на нее долго. Без осуждения. Но и без тепла.

— Мне неинтересно, с кем ты спишь или спала, — произнесла она наконец. — Но мне крайне интересно, почему я узнаю из корпоративных чатов, что у моего сотрудника личная история с генеральным, да еще и ребенок от него.

Алина не сразу смогла ответить.

— Потому что это не история для корпоративных чатов.

— Не умничай. Я сейчас не об этом.

Ирина Павловна сложила руки на столе.

— Ты скрыла конфликт интересов.

— Я не скрывала. Я сама не знала, что генеральный — Максим, пока не вошла в переговорную в первый день.

— А после этого?

— После этого я собиралась работать. Как сотрудник. И не выносить в офис личное.

— Оно само вынеслось.

Алина усмехнулась. Горько.

— Не без помощи добрых людей.

— Подозреваешь кого-то?

— Да.

— Доказательства?

— Пока нет.

Ирина Павловна помолчала.

— Я не буду тебя увольнять по слухам, — сказала она наконец. — Но если эта грязь ударит по блоку, мне придется защищать отдел. Понимаешь?

Алина поняла.