Книга Поцелуй шефа, страница 8 – Эбби Нокс

— Конечно. Все места забронированы, просто перешлите список гостей нашему свадебному координатору.

Оги отвечает:

— Мы с мамой все равно хотели бы увидеть это место. Только между нами, Уильямсы хорошие люди, но слишком снисходительны к своим пяти дочерям. Свадьба в Вегасе — это не то, что принято в нашем кругу.

Пока Шериз смотрит на меня своими большими, от которых тает сердце, глазами, это вполне убедительное заявление. Не говоря уже о милых ямочках на щеках, которые так и хочется поцеловать. Во-первых, какие странные, аристократические комментарии. Шериз — взрослая женщина; какое значение в данный момент имеет снисходительность или отсутствие таковой у ее родителей? Во-вторых, почему он не захотел посмотреть, где она работает, когда навещал ее раньше? Если бы я был помолвлен с этим возвышенным, состоявшимся человеком, то захотел бы знать все о ее увлечениях. А еще о семье из пяти сестер? Боже мой. И, наконец, что, черт возьми, он имеет в виду, говоря о наших людях? Я решаю затронуть самый важный аспект, применяя всю дипломатию, на которую способен, но не могу проявить к этому парню ни малейших усилий.

— Шериз — выдающаяся женщина с изысканным вкусом, и могу заверить Вас, что ее свадьба в «Орхидее» произведет фурор.

Возможно, я слишком сильно преувеличиваю ее великолепие. Перед ее же женихом. Молодец, идиот.

Оги издает странный хлюпающий звук.

— Вы имеете в виду нашу свадьбу. Мою и Шериз.

В его голосе по-прежнему звучит скептицизм, поэтому следующее, что я говорю, вырывается автоматически. Я не задумываюсь над этим.

— Конечно, если захотите посетить место заранее, я оплачу поездку.

Глаза Шериз широко раскрываются. От страха или от удивления, не могу сказать. Возможно, все вместе. Она качает головой, вероятно, протестуя против того, что я продолжаю предлагать бесплатное проживание.

Но уже слишком поздно. Оги принимает предложение. Прежде, чем я успеваю передать трубку Шериз — предполагая, что он хочет попрощаться со своей невестой, мужчина вешает трубку.

Какой странный человек.

Выражение ее лица невозможно прочесть.

— Мне жаль, что он повесил трубку.

Она застенчиво улыбается, когда я подхожу, чтобы вернуть ей наушник. К моему удивлению, она сворачивает провода и прячет их в карман.

— Сегодня больше никаких телефонных звонков. У меня испортилось настроение. Большое спасибо, мистер Фрай. Это выше всяких похвал. Просто невероятно, что Вы для нас это делаете.

Я моргаю, глядя на нее, и жалею, что не могу подарить ей улыбку, которую она заслуживает, но не могу изобразить ее. Мне неприятно, что кто-то огорчает ее.

— Пожалуйста, мы же теперь друзья, не так ли? Зови меня Бишоп. — Я подхожу к столу и тянусь за второй булочкой с корицей, вопросительно глядя на нее, не возражает ли она, если я возьму еще.

Ее глаза сверкают, а улыбка становится еще шире, и она вонзает мне в сердце еще одну стрелу. После чего кивает.

— Я приготовила с лихвой. Ты — нечто особенное, Бишоп.

И тогда я говорю то, что сказал бы друг. Но в моем случае? Это определенно переходит все границы, потому что мои мотивы понятны мне, но не ей.

— И, как твой друг, если захочешь когда-нибудь поговорить о свадебных делах, о том, что тебя расстраивает, или что не дает тебе покоя, можешь обратиться ко мне.