Книга Мой любимый Наставник + Бонус, страница 55 – Эва Лун, Ирис Вельс

Мы вышли на широкую, залитую солнцем площадь, где пестрели вывески самых дорогих лавок.

— Ну всё, — Кайден вдруг остановился и решительно потянул меня в сторону изящного здания с огромными панорамными витринами. — Прежде чем ты начнешь чихать от вековой пыли в старых книжных лавках, я обязан тебя накормить. Адептка, падающая в голодный обморок среди стеллажей - это удар по моей репутации куратора.

Над дверью звякнул серебряный колокольчик. Внутри витал такой одуряющий аромат ванили, корицы, жженого сахара и свежесваренного кофе, что у меня мгновенно заурчало в животе. Это была настоящая кондитерская высшего класса: стеклянные витрины сверкали, а на изящных подносах покоились настоящие произведения искусства.

Кайден галантно отодвинул для меня стул у небольшого столика у окна и направился к стойке, но я тут же увязалась за ним, с профессиональным интересом разглядывая витрину.

— Рекомендую лимонные тарталетки, — произнес наставник, наблюдая за тем, как горят мои глаза. — Лучшие в городе.

Я прищурилась, критически оглядывая предложенный десерт.

— Тарталетки неплохие, — задумчиво протянула я, разглядывая глянцевую поверхность. — Но меренга сверху чуть осела, видите? Значит, сироп не доварили буквально пару градусов. А вот эти профитроли с заварным кремом... тесто идеальное, золотистое, явно замешано на правильном масле, но крем тяжеловат, ему не хватает воздушности. Зато вон тот ягодный мильфей - это шедевр. Слоеное тесто прозрачное, как пергамент, ягоды свежайшие, а пропитка с легкой ноткой коньяка.

Я осеклась, осознав, что только что в пух и прах разнесла половину витрины элитной кондитерской, и смущенно подняла глаза на Кайдена.

Он смотрел на меня с нескрываемым изумлением, которое через секунду сменилось тихим, бархатным смехом.

— Значит, мильфей, — улыбаясь, кивнул он подошедшему работнику. — Два. И самый крепкий черный кофе для меня, а даме - ягодный чай.

Мы сидели за столиком, залитым теплым солнцем. Напряжение, страх перед турниром, ледяные угрозы герцога – всё это осталось где-то там, за пределами этой кондитерской. Я рассказывала Кайдену смешные истории из детства, о том, как однажды перепутала соль с сахарной пудрой и чуть не сорвала отцу крупный заказ на местную свадьбу. Он слушал меня внимательно, не перебивая, его взгляд скользил по моему лицу, задерживаясь на губах и глазах.

Когда он потянулся за сахарницей, его длинные прохладные пальцы случайно, а может и нет, коснулись моей руки. От этого мимолетного контакта по коже пробежал электрический разряд, заставив меня судорожно выдохнуть.

В его льдистых глазах сейчас не было ни тьмы Бездны, ни холода аристократа. В них было столько тепла и затаенной нежности, что у меня перехватило горло. В этот момент я отчетливо, до дрожи в коленях поняла две вещи: я никогда не забуду этот день, и я сделаю абсолютно всё, чтобы спасти этого человека. Даже если мне придется заплатить за это собственной жизнью.

После восхитительного мильфея и терпкого ягодного чая, которые окончательно примирили меня с действительностью, мы покинули уютную кондитерскую. Я залюбовалась на яркое солнце, окрашивающее черепичные крыши столицы в золотисто-медовые тона.

Мы свернули с шумной центральной площади в лабиринт узких, мощеных булыжником улочек, где располагался квартал магических букинистов и антикваров. Здесь было тише, а воздух казался густым от запаха старого пергамента, сургуча и книжной пыли.