Книга Девушки с тёмными судьбами, страница 109 – И.В. Вудс

У нее оставалось еще много вопросов. Ей нужно было получить как можно больше ответов. Ей нужно было сосредоточиться ради них обоих.

— Значит, ты хочешь сказать, что Малкольм превосходит все, о чем ты когда-либо читал. И он хуже любого Повелителя Проклятий, которого ты когда-либо встречал в своей книге, – безучастно произнесла она, осознавая всю тяжесть того, насколько глубоко зло укоренилось в мужчине, который владел ее жизнью и подавлял ее эмоции, превращая их в ничто.

Этьен взволнованно провел рукой по кудрявым волосам.

— Каким бы злым мы ни считали этого человека, кое-что о нем мы знаем точно. Малкольм неглуп. Да, он – злобный гений, пришедший из наших самых страшных снов, но он умен. Развил свои способности так, как, я думаю, никто до него не развивал, взрастил свою тьму и научился манипулировать ею, что позволило ему расширить свою власть. Но он никогда сильно не увлекался ею, вместо этого сосредоточился на накоплении богатства и обретении известности в качестве руководителя танцевальной труппы, держа свою жадность под контролем, чтобы не вызывать подозрений. Он заходит достаточно далеко, но только чтобы потешить самолюбие, завоевать еще больше славы. – Этьен поднял глаза и с такой яростью посмотрел на Эмберлин, что та на мгновение опешила. Он подошел ближе, и Эмберлин почувствовала исходящий от него запах пыли. – Контролировать столько людей, да еще и на протяжении очень долгого времени, тогда как большинство может управлять в лучшем случае несколькими душами, это… это…

— Этьен, ты пугаешь меня, – прошептала Эмберлин. Ее руки задрожали, а сердце бешено заколотилось о ребра, словно хотело вырваться. Она отбросила кукол-марионеток на стол, не желая больше распутывать их переплетенные между собой нити. – Что ты пытаешься этим сказать?

— Его могущество вышло за рамки того, что написано в книге. Казалось бы, переписать правила древней магии, стать темнее самой тьмы – до такой степени, что сможет внедрять в нее новшества… Я не… – Взгляд Этьена стал отрешенным, словно завороженный чем-то, чего Эмберлин не замечала. Он покачал головой.

Эмберлин почти воочию видела, как у него в сознании роятся разрозненные мысли, пронизанные страхом, который плел паутину и ловил их прежде, чем Этьен успевал ухватиться за одну из них.

— Этьен, – позвала Эмберлин, отчаянно пытаясь привести его в чувство. Отчаянно понять его.

Внезапно его взгляд прояснился, и он быстро преодолел оставшееся расстояние между ними. Этьен взял ее за руки. От его прикосновения внутри нее неожиданно разлилось тепло, вызывая сладкие мурашки на коже и изгоняя холодный страх, пронзавший ее тело. Но это приятное чувство притупилось, когда он наконец нарушил молчание:

— Ты права. Возможно, его смерть – единственный выход. Но… все шансы против тебя, Эмберлин, – сказал Этьен. – Он обладает поистине невероятной силой, абсолютным могуществом. Я не представляю, как при этих исходных данных проклятие не разорвет тебя на части, если ты попытаешься убить его. Раньше, с Джен, я думал, что у нас был шанс, но сейчас? Не знаю. Не уверен, сможете ли вы с сестрами как-нибудь пережить его. Или я. Думаю, раз Малкольм контролирует мою тень, то моя судьба, скорее всего, разделится с твоей. Скорее всего, я тоже принадлежу ему.