Книга Лериана, невеста герцога по контракту. Книга 4, страница 122 – Мильчха

А может, и правда стоит уйти в рыбаки, как предыдущий верховный жрец…

Это, по крайней мере, куда добродетельнее, чем азартные скачки.

* * *

— И финиш! Как и предвещало имя, Буря в копытах мчится первым, словно настоящий ураган!

— Попали! – радостно захлопала в ладоши Лериана.

А Уэйд, глядя на происходящее с открытым ртом, в отчаянии схватился за голову обеими руками.

Хика, скрестив руки на груди, усмехнулся краешком губ:

— Хм. Надо признать… в этом что-то есть. Следующий раз – ставим вон на того.

Уэйд перевел взгляд на своего «сына» – плетущегося в хвосте Желудка из стали – и хохотнул в полный голос.

Удача явно была на их стороне: победа шла за победой.

Сначала Уэйд пытался образумить всех, как и подобает настоящему святому отшельнику.

Но потом… словно махнул рукой на все. Теперь он сам с жаром болел за своего «железнорожденного отпрыска» и даже хлопал в ладоши от души.

Хика, заметив это, усмехнулся и наклонился к Лериане:

— И что, по-твоему, делают обычные люди, когда выигрывают столько денег? Только не говори, что жертвуют храму.

Лериана на миг задумалась, склонила голову набок, потом хитро улыбнулась:

— Наслаждаются.

С этими словами она ловко схватила его под руку и, весело задрав подбородок, повела их вперед.

* * *

Уэйд вдруг резко вскинул голову – по спине пробежал холодок.

— Что случилось? – спросила Лериана.

— Мне… показалось, будто кто-то меня зовет.

— Где? Я ничего не слышала.

— Правда?.. – Уэйд нахмурился. Он же точно слышал… или нет?

Что-то в этом всем было тревожное. Возможно, это предупреждение самой богини. Ведь вместо благочестивой службы они теперь азартно играли и – что хуже – предавались откровенной роскоши.

Лериана тем временем увлекла их в самую гущу городской суеты, на улицы, полные туристов.

Разумеется, такие примечательные особы, как Хика и Лериана, сразу притягивали взгляды прохожих.

Уэйд как мог прикрывал их собой и шагал следом, чуть не спотыкаясь на каждом шагу.

Улицы были уставлены лавками и магазинами, работавшими исключительно на приезжих. Полная энтузиазма Лериана то и дело втягивала спутников в новый магазин.

— Дедушке – вот это. Уэйду – это!

И прежде чем кто-либо успел возразить, Хика и Уэйд уже стояли в примерочных. Вскоре оба вышли и замерли, оглядывая друг друга с ног до головы.

На Хике поблескивали массивные драгоценности: на шее – ожерелье с камнями размером с орех, на пальцах – по кольцу, не меньше десятка, а плащ был расшит золотыми нитями так ярко, что глаз резало.

— Я… я похож на зажравшегося торгаша с рынка, – простонал Уэйд, – на того самого, кого вы всегда презирали, ваше святейшество…

Хика же, глядя на Уэйда, только поморщился.

На голове того красовалась нелепая шляпа с цветами, больше похожая на клумбу, а на груди – ожерелье из живых цветов величиной с кулак. Он воплощал собой всю суть: я турист, не подходите.

— Ты себя видел? – фыркнул Хика. – Это что, наказание небесное?

Уэйд тут же кинулся к зеркалу и беззвучно вскрикнул.

А Хика тем временем покрутился перед зеркалом и довольно кивнул:

— По-моему, мне даже идет.

— Мне тоже… в общем, не так уж… – начал было Уэйд, но Хика уже его не слушал.

— Лери! Что дальше?

И, не дожидаясь ответа, зашагал к выходу.

— По… подождите! – Уэйд чуть не назвал его «святой отец», но в последний момент сдержался. Поправив свою цветочную клумбу на голове, он бросился следом.