Онлайн книга «Сезон штормов»
|
Таласин осеклась. Окончание фразы застряло в горле – она увидела выражение лица Велы. Даже узнав о предательстве Дариуса, амирант не выглядела так. — Вы… вы защищаете его, – выплюнул Сураквел. – Лахис'ка, вы действительно… — Нет, – отрезала Таласин. Сердце упало, желудок скрутило. – Я просто пытаюсь объяснить ход мыслей Аларика. — Что ж, значит, мне попросить своего посланника сказать Орнангу «Не берите в голову»? – насмешливо поинтересовалась Вела, и Таласин захотелось провалиться сквозь землю. — Нет, конечно же, нет. Я только… Что? Пыталась убедить Велу и Сураквела, что Аларик не похож на своего отца? Или подготовить почву для сохранения его жизни? Судорожно моргая, она уставилась на заляпанные грязью носки сапог, чувствуя себя обреченной. Она не видела пути вперед. — Я просила тебя быть осторожной! – рявкнула Вела. – Говорила, что ему нельзя сочувствовать. В голосе амиранта звучали горечь и отвращение. Она говорила как Урдуя. И тут Таласин все поняла. Старшие видели в ней Ткача Света, лахис'ку. Средство одержать победу в войне и защитить трон. Они не доверяли ей принимать собственные решения. Всякий раз, когда она порывалась пойти против их воли, они обращались с ней как с ребенком. Значит, ей все придется делать самой. — Я была осторожна. – Таласин вздернула подбородок, бестрепетно посмотрев в глаза амиранта. – И ничего не сказала Аларику. Но как, по-твоему, будет выглядеть убийство нашими повстанцами человека, который спас Ненавар и Континент от Пустопропасти? — По-моему, на улицах по этому поводу устроят танцы, – сухо сказал Сураквел. – С чего бы сардовийцам горевать об императоре Ночи, который тиранил их? — После Безлунной Тьмы он станет героем в глазах народа, – ответила Таласин. – Нам следует учитывать и Кесатх. Государство это почти такое же замкнутое, как Ненавар. Их молодое поколение – все они, все до единого – выросло, веря, что остальной Континент строит против них козни, стремится нагадить. Они ищут защиты у Аларика. Если мы убьем его, кесатхцы захотят отомстить, и прочный мир никогда не будет достигнут. Когда-нибудь обязательно начнется очередная война. Вела смотрела на нее как-то странно. Открыла рот, словно собираясь что-то сказать, но решилась не сразу. — Значит, это единственное твое условие, Таласин? – спросила она наконец. – Чтобы Аларик Оссинаст остался в живых? От ощущения неправильности происходящего Таласин пробрал озноб. Она чувствовала, что изначально Вела хотела сказать что-то совсем другое. Но вопрос был задан, и она ответила на него: — Да, амирант. — Ты понимаешь, что он никогда тебя не простит? Даже если мы сохраним ему жизнь? Я уже предупреждала тебя об этом раньше. «Даже если в итоге он возненавидит меня». «Даже если меня повесят». — Неважно, простит он меня или нет. – При звуке собственного голоса, произносящего это вслух, Таласин почувствовала, как сердце раскалывается пополам. – Но это наилучший план. Вела кивнула. — Тогда… что ж, я посмотрю, что можно сделать. Таласин не почувствовала облегчения. Пока нет. Было ведь что-то, что амирант собиралась сказать, но отчего-то передумала. И Сураквел смотрел на них обоих недоверчиво, качая головой. — Ты ведь понимаешь, почему я так считаю, да? – спросила его Таласин. |