Онлайн книга «Сезон штормов»
|
А яхта зависла прямо над кратером. Прямо над глубочайшей воронкой. «Это очень маленькая яхта», – с тревогой подумал Аларик. И усиливающий контур, выложенный на палубе, набор банок и проводов, казался слишком уж хрупким, когда на заднем плане зияла бездонная пропасть. Он – Кованный Тенью. Он не должен бояться тьмы. Но в этой тьме скрывался ужас, с которым Аларик не мог справиться в одиночку. Ишан все еще трещала, размышляя вслух о способах общения драконов между собой. Таласин отодвинулась подальше от рупора эфирного передатчика. — Представь, что Разрыв восторжествует из-за рассеянности дайи Вайкар, – пробормотала она. — Ну, по крайней мере это будет не наша с тобой вина, – откликнулся Аларик, – и выжившие помянут нас добром. Таласин фыркнула. В своих синих с золотом доспехах она просто сияла в лунном свете, и драконы кружили над ней. Некоторые расселись на склонах вулкана, впившись когтями в камни, словно готовясь наброситься на то, что покажется из кратера. Четыре из семи лун Лира уже исчезли с небес. В конце концов Ишан все-таки замолчала, возможно, осознав, что ее никто не слушает. И в наступившей тишине… — Я только хотел сказать… Аларик осекся. И что же он хотел сказать? Таласин уставилась на него снизу вверх. — Да? «Прости за все». «Мне нравилось писать тебе». «Я не позволю отцу обидеть тебя». «Я знаю, мы согласились, что то, что есть между нами, всего лишь физическое влечение, но иногда… иногда мне кажется…» «С тех пор как мы встретились, я живу в мечтах о том, что могло бы быть». Но он никогда не скажет ей ничего из этого. А если скажет – то решит, что умереть сегодня ночью будет наилучшим выходом. Он никогда не признается в похищении саримана и не откроет планов Гахериса, пока не придумает, как все это исправить. — Если это прощание, – начал Аларик, повторяя слова отца, потому что так тот выразил свою привязанность и это тоже что-то за значило, – то… — Это не прощание, – яростно перебила его Таласин. – Ты же сам сказал, на Белиане, помнишь? Когда я спросила, правда ли то, что мы можем остановить Пустопропасть, ты ответил: «Да. Иначе мы все умрем». Может, ты тогда и язвил, как остряк-самоучка, но был прав. Мы справимся. Будем бороться за жизнь. Ты научил меня как. Еще две луны скрылись, оставив только Седьмую, но в ином свете, кроме того, что горел сейчас в глазах жены, рассыпая золотые искры уверенности, Аларик и не нуждался. — Так что перестань хандрить и давай сделаем дело! Аларик улыбнулся под маской. Протянул руку, чтобы заправить ту самую непослушную каштановую прядь, что всегда выбивалась из косы Таласин, за ухо – осторожно, стараясь не задеть ее висок когтем перчатки. Таласин вздрогнула от прикосновения. Тусклый серебристый свет седьмой луны припорошил ее веснушки. Аларик впитывал все это. — Если я во что-то и верю, – сказал он, – так это в твое упрямство. Оно частенько раздражает меня, но способно сдвинуть горы. Никого другого я и не пожелал бы видеть рядом нынешней ночью. Таласин закатила глаза: — Я напомню тебе это в следующий раз, когда мы будем спорить. Аларик пожал плечами: — Буду просто счастлив, если этот следующий раз случится. Приемопередатчик с треском ожил. Это опять была Ишан – она спрашивала, готовы ли они. Тени неуклонно наползали на последнюю луну: так расплескавшиеся чернила заливают пергамент. |