Книга Избранная в Академии. По шагу за раз, страница 18 – Лиззи Голден

— Хватит. Больше никаких пророчеств. Это все бессмыслица, в которую верят невежи, считающие любое проявление магии за послание небес!

Сестра замерла, глядя на осколки. Когда подняла на меня глаза, в них было что-то новое ― чужое и взрослое.

— Вообще-то… это была память от мамы.

— Это никчемная безделушка, которой ты свято веришь и совсем не слушаешь, что я тебе говорю!

— Ты… ты просто тиран. ― Она топнула ногой, сжав руки в кулаки ― так мило и по-детски, что мне захотелось тут же ее обнять, прижать к груди, но я подавил в себе это чувство.

— Я. Всего лишь. Хочу. Тебя. Спасти, ― отчеканил я.

— От чего? ― Она дернула плечом, а ее лицо начало покрываться холодом, словно вуалью. — Знаешь, что еще показали мне звезды? ― Она вскинула на меня глаза, потемневшие от обиды. ― Что однажды ты сам станешь тем, от кого мне нужно будет спасаться. А может быть… уже стал.

Она развернулась и бросилась к двери.

— Айрис!

Дверь захлопнулась.

* * *

Я разжимаю кулак. На ладони ― тонкий порез от осколка.

Айрис ― единственная причина, по которой я еще дышу.

И теперь я должен решить: спасать ее от опасностей, которые таит в себе учеба в магическом заведении... или от самого себя.

От своих страхов и предубеждений.

Осколки. Они все еще здесь. Я так и не притронулся к ним ― почему-то меня накрывал благоговейный трепет, когда к ним приближался.

Наверное, пришла пора их убрать. Все равно магический шар не восстановишь: даже если с помощью магии собрать и склеить все осколки, он превратился теперь в ту самую бесполезную безделушку, как я ее и назвал.

Наклоняюсь, чтобы собрать осколки, и отдергиваюсь: в одном из них, черном пульсирует черная точка.

Как черный глаз Лазурного Дракона.

Эйлин

Никуда я вчера не пошла. Струсила. Отправилась на Анатомию магических существ, проскучала там и решила немного исследовать библиотеку.

Набрав целую кипу книг, я не прочла ни строчки. Я это сделала скорее для того, чтобы внушительная стопка, которую я прижимала к себе, защищала меня от любопытных глаз и недобрых взглядов. А тем временем я все думала, думала…

Наиболее странным в этом происшествии с Риси было даже не то, что ее внезапно кто-то проклял, а то, что мне было совсем не больно исцелять. Вот нисколечко. Возможно все дело в том черном кристалле, который использовала тетка, чтобы мучить и наслаждаться моими страданиями. После этого, когда мне нужно было выпускать магию на волю, чтобы лечить людей, это было так больно, словно моя душа продиралась сквозь колючие кусты и рвала сама себя в кровь.

Странно, но долгие годы я считала, что это нормально.

И вот вчера я не почувствовала ровным счетом ничего.

А еще я никогда не считала свой дар особенным, но Риси меня просветила, и я осознала: а ведь верно. Если бы многие так умели, не было бы нужды в снадобьях.

И тетка не превращала бы исцеление в фарс. И ей не платили бы баснословные деньги, только чтобы спуститься в ее темный подвал и соприкоснуться с неведомым существом, обитающим там. То бишь, со мной.

Что это значит? Клетка снова захлопывается? Если я такая уникальная, то не станут ли меня использовать снова? До тех пор, пока не зачахну.

Я была безумно рада, когда в библиотеку ввалились два моих новых знакомых, заметили меня и остановили панику, которая начала уже подбираться к горлу.