Книга Избранная в Академии. По шагу за раз, страница 74 – Лиззи Голден

Лорен не двигается и как будто даже не дышит.

— На осень и зиму она отправляла меня в школу. Далеко от ее дома в деревне. Закрытую. В соседнем городке. — Я провожу пальцами по другому шраму — круглому, от ожога. — Навещала меня каждую неделю на выходных, называлась опекуншей, не теткой.

Голос предательски дрожит.

— У нее был посох. Волшебный. В нем ― темный артефакт. Она мучила меня с его помощью и говорила, что это чтобы я помнила, что я ― вещь, не человек. Чтобы подавлять мою волю. Она боялась, что я когда-нибудь восстану против нее самой ― боялась силы моего дара. А я не могла противостоять ее посоху. Никогда не могла.

Медленно поднимаю руки к голове, чувствуя, как Лорен перестал прижимать меня к себе и немного отстранился.

— Но это была ложь. Ей это просто было выгодно ― чтобы я училась и прокачивала магию. Она хотела, чтобы я стала еще сильнее… только она не понимала, что издевательства меня как раз истощают. Я уже была истощена, Лорен, когда мы с тобой… поссорились. Я могла потерять магию в любой момент от незначительного толчка. Тебе просто не повезло разозлиться именно на меня.

Я замолкаю, понимая, что говорю слишком много. Слишком быстро. Как будто если остановлюсь — никогда больше не решусь продолжить.

— Профессор Зейнарис… он меня спас. Если бы не он, не знаю, что бы со мной было. Наверное, я бы просто умерла.

Но, кажется, я сказала все. Все, что должна была. Всю правду.

Лорен медленно обходит меня, попутно запахивая свой камзол на мне, застегивает все пуговицы, а потом завязывает пояс.

Мы стоим друг перед другом. Его лицо ― маска, за которой не прочесть эмоции, но глаза… они его выдают.

— Я рад, что профессор Зейнарис о тебе позаботился, ― говорит он ровно. ― Не он, так что-то другой… должен был это сделать.

Просто киваю, не в силах сказать ни слова от того, что ком в горле стал невыносимо большим от мысли о моем профессоре, который так сильно повлиял на мою жизнь.

— Твой секрет ужасен, — тихо продолжает он. ― Нужно быть очень смелой, чтобы рассказать такое... — он делает паузу, — ...нехорошему человеку. Которого ты не знаешь до конца.

Мне хочется фыркнуть, но сдерживаю себя. На самом-то деле мне полегчало, когда высказалась. Да что там ― будто камень с души свалился. Надо же, не думала, что рассказать кому-то самое плохое о себе может быть так приятно. Не в процессе, естественно, а после.

— Я же сказала, Лорен… ты не виноват. Ну почти не виноват, ― оговариваюсь я, с трудом сглатывая тот самый ком. Все же он мог сдержать свой гнев и направить магию куда-то в стену, а не на меня. ― Я уже была готова к тому, чтобы лишиться магического дара, а ты мне только немного… помог. Вот и все.

Лорен мотает головой и смотрит в сторону.

— Мой секрет, — продолжает он, и каждый звук будто дается ему с трудом, — во много раз ужаснее. Ты даже не представляешь…

Он замолкает и опускает голову.

— Он поставит точку на всем, что было... хорошего между нами, ― сдавленно произносит он.

— Что бы ты ни сказал, я не лишу тебя магии, — говорю я твердо. — Ты как-то сказал, что я не могу изменить целый мир, в котором так много несправедливости. Но то, что я могу… мы можем хотя бы не уничтожать друг друга.

Лорен вдруг улыбается — безрадостно, как человек, уже проигравший битву.