Книга Гончар из Заречья, страница 146 – Анна Рогачева

Ещё вчера, по приезду, животных поместили в наскоро сколоченный загон с навесом от дождя. Он, конечно, вышел неказистый, но крепкий. Внутри загона сделали перегородки, что бы животные не мешали друг другу. Поросята, правда, пытались прорыть себе выход на волю, но Клавдия попытку бегства быстро пресекла.

— Ничего, – приговаривала она, закрывая досками прорытые ходы, – потерпите маленько. Скоро вам такие хоромы отгрохаем, возможности сбежать у вас больше не будет!

Народ трудился, и трудился без кнута. Люди сами выбирали, кто и чем будет заниматься. Одни уходили на заготовку сена – трава в этом году стояла высокая, сочная, косить – не перекосить. Молодёжь заготавливала дрова, делали веники для коз, собирали хворост, – к зиме готовились основательно.

Отдельная бригада взялась за пахоту. И всё это с песнями, с шутками, с прибаутками.

Двое мужчин, сподобились распускать брёвна на доски. Это дело требовало сноровки, и у них неплохо получалось, – доски выходили гладкие и ровные, одна к одной.

— Из таких досок, – говорил Игнат, поглаживая рукой свежий срез, – не то, что хлев – хоромы ставить можно!

— Ставь, – смеялись женщины. А одна вдова, круглолицая, с ямочками на щеках, шагнула вперёд и задорно ему улыбнулась, стреляя глазками:

— Я даже согласна в эти хоромы хозяйкой войти!

Игнат поперхнулся на полуслове. Его рука замерла на доске, лицо пошло красными пятнами, и он так растерянно захлопал глазами, что бабы покатились со смеху.

— Чего... чего это ты, Фрося? – выдавил он наконец. – Ты это... не шутишь, что ли?

— А что? – Фрося подбоченилась, но щёчки её уже вовсю заливал румянец, выдавая девичье смущение. – Я одинокая, ты одинокий. Вот я и подумала...

— Подумала она…. Иди, вечером вместе подумаем. Отвлекаешь меня тут,– буркнул он себе под нос, отвернувшись, от женщин.

— Ой, свадьба будет! – закричали бабы. – Игнат, не тяни, пока не передумала!

Строительная бригада должна прибыть дня через два, но наши мужики зря времени не теряли. Два развалившихся дома у околицы разобрали быстро. Брёвна действительно оказались крепкие, вполне пригодные для строительства. С делянки, куда Глеб с мужиками ездили ещё до ярмарки, привезли ещё леса – свежего, смолистого, пахнущего так, что кружилась голова. Материал для стройки был готов.

Глеб взял это дело под своё руководство. Практически весь день он проводил в кузне, с Петром. Чем они там занимались, он не рассказывал, но обещал большой сюрприз. А вечерами, после ужина, он сидел за столом и чертил на бересте план будущей застройки, и выходило у него довольно толково. Хлев он задумал большой, с крытыми проходами. Отдельная пристройка для лошадей – чтоб Ворону и рабочим лошадкам было просторно.

Коровник то же будет в отдельном крыле, а свинок и коз решили поместить в общее помещение, но с перегородками, а в будущем их, конечно же, разделят. Сеновал решили сделать прямо под крышей хлева. Молочная кухня будет отдельным зданием, для сохранения чистоты.

— Глеб, ты прямо зодчий, – удивлялась Зоя, глядя на его чертежи. Откуда ты знаешь, как должно быть?

— Не зря учился, выходит, – он потянулся, разминая спину. – Пригодилось.

Бригада строителей появилась на въезде в Заречье ближе к обеду. Ещё издали стало слышно, как поскрипывают колёса гружёной телеги, как лошадь всхрапывает, устав от долгой дороги. А когда телега подкатила к колодцу, из неё стали спрыгивать один за другим здоровые, крепкие мужики – десять человек, и все как на подбор.