Книга Триединое Королевство, страница 207 – Anne Dar

Когда мы наконец въехали в полноценный городок, виды стали посвежее, но всё равно не внушали радости: дома аскетичные, с зарешеченными окнами; люди одеты получше, но всё равно состояние их одежд оставляет желать лучшего; при виде нас не спешат убегать, некоторые даже смотрят на нас с облегчением, однако женщины, в отличие от мужчин, всё же предпочитают скрываться.

Когда мы спешились в центре города, Багтасар ушёл по делам – таким образом откровенно подчеркнув немую мысль “никуда ты от меня не денешься, даже если я отвернусь”. Мы оставили лошадей привязанными к столбу – Джодок уверил, что королевских лошадей никто не посмеет украсть, – и в итоге экскурсию по обветшалому городку устроил мне Шакролин.

Я заметила: перед Багтасаром местные благоговеют, будто перед спасителем; на Джодока смотрят, как на тикающую бомбу; я вызвала у всех интерес, подпитываемый откровенным опасением; с Тиберием же все ведут себя совсем иначе – ему улыбаются, дети за углами весело называют его “черепом” и вместо того, чтобы бояться его, подбегают и неизменно получают от него леденцы – надо же, он специально взял с собой конфеты, зная, что они ему понадобятся…

Люди смотрят на меня, как на фарфоровую куклу. Должно быть, со стороны я и выгляжу именно фарфоровой куклой: по-металлически идеальная белоснежная кожа на фоне их грязной; вышитое золотыми нитями бальное платье на фоне их запыленных одежд… Я чувствую себя ужасно. Как экспонат идеализированного здоровья и упитанности в чахоточном притоне. Я не шарахаюсь людей – я касаюсь детей, тянущихся ко мне, угощаю их конфетами Шакролина, позволяю трогать своё платье и даже сама протягиваю его края скромным маленьким девочкам… Мне так всех их жалко, что сердце едва не разрывается. Шакролин считывает моё настроение и, очевидно, потому спешит увести меня подальше от центра. В итоге уже скоро мы идём по узким улочкам, мощёным брусчаткой – с двух сторон нас теснят двухэтажные домики, отделанные штукатуркой… Тиберий кое-что поясняет мне о пугливости местного населения: люди, живущие за куполом, находятся в состоянии незаканчивающейся войны с Вампами. Каждый из них боится не столько быть иссушённым Вампом до последней капли крови, сколько заразиться Вампрагмой и в итоге обратиться в безумное, кровожадное существо, способное убить даже собственную семью. Город считается “чистым” лишь потому, что находится под покровительством Багтасара: пока Металлы защищают свои территории, Вампы сюда не суются слишком уж смело – в своих охотах уходят вглубь континента. И всё равно здесь случаются “инциденты”, которые Металлы периодически “решают”.

Тиберий показал мне часть поселения, совсем захудалую, которую назвал “съёмочной площадкой”: здесь до Падения Старого Мира снимали какой-то сериал, съёмочные декорации и дома с тех пор сохранились, однако они настолько не предусмотрены для жизни, что ныне ютится в них самая нищая прослойка населения… За этой же полосой чёрных построек – буквально через одну лишь пыльную песчаную дорогу – внезапно расположилась очень благовидная застройка: двухэтажные квадратные домики-коробки, облицованные припыленной белой штукатуркой, тянутся ровными рядками… Мой путеводитель сказал, что это “элитная” часть города, а также бегло добавил, что здесь состоит не так уж и много домов, словно их количество его на самом деле удручает. Он не повёл меня дальше, но металлическим зрением я вдруг заметила: эти дома обнесены барьером! Точь-в-точь как купол, которым защищён Дворец. Я сразу же спросила, что это значит, и Ванадий, опустив глаза, рассказал, всё же продолжая отводить меня в сторону. Оказывается, эта крайняя часть города, считающаяся элитной из-за состояния домов и их защищённости барьером, называется “деревней бастардов”. Сначала я не поняла… А потом как поняла, так и остановилась посреди улицы: за моей спиной располагалась деревня бастардов Металлов! То есть, в этих домах живут семьи, в которых родились дети от Металлов. Не смотря мне в глаза, Тиберий всё выложил как есть: все Вампирески за куполом “любят удовлетворить свои потребности”, однако только от мужчин в итоге могут появиться на свет “случайные”, “нежелательные” дети. Детей Металлы не признают на родительском уровне, однако же, в качестве “награды” родившим женщинам предоставляют дома под небольшим куполом, под который могут зайти исключительно обитатели поселения – проход для остальных людей и, главное, для Вампов, невозможен. С точки зрения Металлов, это не только гуманно, но и щедро: родившая одного лишь бастарда женщина может перевести в “элитный” район – то есть защищённый от набегов Вампов и обустроенный электроэнергией, водопроводом и канализацией, – не только себя с ребёнком, но и всю остальную свою семью: дом родившей принадлежит ей, и в него она может впустить жить кого пожелает, вплоть до восемнадцатилетия ребёнка – с восемнадцати лет дом отходит во владение носителю металлической крови.