Книга Хозяйка жемчужной реки, страница 98 – Ольга Иконникова

— Не беспокойтесь об этом, Екатерина Николаевна! Завтра утром я сам отправляюсь в Петербург и расскажу о том, что здесь происходит. Конечно, я не смогу объявить об этом во всех столичных салонах, но сделаю это хотя бы там, где буду бывать.

Мною овладели противоречивые чувства. Я была рада, что он поддержит архимандрита Кирилла. Но мне стало грустно от того, что он уезжал.

— Это так благородно с вашей стороны! — сказала я, отчаянно надеясь, что мой голос не дрожал.

— Нет-нет, Екатерина Николаевна, я не заслуживаю таких слов! — запротестовал он. — Я еду в Петербург по своим делам. Но буду рад помочь его высокопреподобию. И если мне удастся собрать средства среди моих знакомых и друзей, я сразу же отправлю сюда обоз с продовольствием.

Мы не могли позволить себе стоять на крыльце чужого дома дольше необходимого, и я с сожалением махнула рукой Степану, веля ему подъехать ближе.

Когда мы расставались, Меркулов задержал мою руку в своей. Я позволила себе поверить в то, что это что-то значило. А всю обратную дорогу до дома считала, сколько времени ему потребуется на то, чтобы добраться до Петербурга, решить там те дела, ради которых он ехал, и вернуться обратно.

По самым скромным подсчетам путешествие Меркулова в Санкт-Петербург должно было занять не меньше месяца. Но прошло уже три, а он так и не вернулся.

Его лесопильный завод работал без сбоев под руководством опытного управляющего, и в Онеге всё громче раздавались разговоры о том, что граф не вернется на север вовсе.

— С чего бы ему менять столицу на такую глухую провинцию? — вопрошала как-то на званом обеде жена исправника. И сама же на свой вопрос отвечала. — А не с чего. В Петербурге у него и дом, и семья. А тут что? Съемная квартира, которая ничуть не соответствует его статусу.

Мне показалось, что Дубинина метнула в ее сторону отнюдь не приветливый взгляд. Супругу градоначальника такие предположения явно не радовали. Но возразить ей было нечего.

Я и сама уже склонна была признать, что граф останется в столице. Он наигрался в бизнесмена и, возможно, предпочел вернуться к тому образу жизни, который был свойственен российскому дворянству. Балы, приемы, разговоры в салонах. А делами должны заниматься те, кому за это платили.

И всё-таки я еще надеялась, что он не забудет о своем обещании насчет обоза с продовольствием. Он же хотел привезти сюда зерно и муку.

Но вскоре я узнала, что обоз из Петербурга действительно пришел. Вот только сам Меркулов его не сопровождал, хоть и прислал с обозом письмо архимандриту Кириллу.

Обоз прибыл напрямую в монастырь, что вызвало некоторое неудовольствие Дубинина, который полагал, что именно он, как глава уезда, должен иметь право распределять продукты.

И когда новость об этом дошла до меня, я не удержалась и поехала в Пертоминский монастырь, чтобы узнать всё из первых уст. Со мной поехали и Юлия Францевна, и девочки, и даже Юшкова, которая никогда прежде там не была, но была много наслышана об этом месте.

В этот раз монастырь выглядел совсем по-другому. Там по-прежнему было много народа, но сейчас на лицах монахов, послушников и всех тех, кто пришел сюда в поисках пропитания, уже не было той печали, что я видела прежде. Прибывший обоз привез достаточно продуктов, чтобы их хватило на прокорм местного населения до самой посевной.