Книга Первое дело фрау-попаданки, страница 16 – Валентин Денисов

— Быть может, это всего лишь интерес ученого к загадке? — спрашивает, садясь на кровать и жадно поедая меня глазами.

Даже затылком чувствую, как сильно его ко мне тянет. А его дыхание… оно становится таким тяжелым и громким…

— Вы начнете уже разминать мне спину или так и будете прожигать во мне дыры своими горящими глазами? — бросаю я, стараясь несколько снизить градус.

— Ах, да, конечно, — выдыхает он, и в его выдохе слышится все его разочарование в моменте.

Однако, несмотря на это, Рейхард все же осторожно касается моих плеч и начинает совершать осторожные вращательные движения.

Боже, какие приятными оказываются его прикосновения! Как нежны и осторожны его пальцы!

Я много раз была на массажном столе, пробовала самые разные техники массажа с мастерами самых разных направлений. Но сейчас, когда господин Гринг касается меня, мне кажется, что в местах его прикосновений создается искра, массирующая, согревающая, будоражащая.

— И все же вы самый настоящий лжец, — заявляю, томно вздыхая. — Вы наврали мне о своих способностях к массажу. Сказали, что не умеете, а сами…

— Это всего лишь проекция вашего желания, Тифани, — обрывает он мои слова. — Скажите, у вас давно не было физического контакта с супругом?

— Умеете вы все испортить! — вскакиваю с места, не позволяя ему и далее прикасаться к этой шелковистой коже. Пусть знает, что потерял из-за своей глупости! — Что, если я скажу, что у меня вообще не было близости с господином Граумером?

— В таком случае я буду вынужден считать, что один из вас врет. Ведь господин Граумер во всеуслышание заявил, что вы его фрау…

— Я бы ни за что не стала спать с этим мерзавцем! — заявляю я и только потом соображаю, что повысила голос.

— Успокойтесь, Тифани, — Рейхард поднимается с кровати и медленно отходит обратно к креслу. — Я — ваш лечащий врач. И мне известно обо всем, что с вами произошло.

— Действительно, и что же такого вам известно? — спрашиваю с вызовом. Все равно уже начудила и можно не стесняться выражать эмоции.

— Я знаю, что вы переступили черту, — заявляет он и демонстративно выставляет перед собой маленький стеклянный флакончик. — Осталось понять, зачем вам это и чего вы этим хотели добиться…

— Что это такое? — всматриваюсь во флакончик, но ничего на нем не могу разобрать. Кажется, что он пустой и без каких-либо этикеток.

— Я надеялся, что вы узнаете этот предмет, что он что-нибудь вам напомнит…

Рейхард крутит вещицу, внимательно ее изучая. Будто в ней есть какая-то тайна и тайну эту я должна знать.

— Не томите уже! Расскажите, к чему вы ведете?

— Вчера днем ваш супруг передал этот флакон господину директору, заверив, что нашел его в ящике вашего стола. Сказал, что его содержимое вы употребили, прежде чем отправиться к месту бракосочетания. Но… быть может, это вовсе не так?

— Вы меня это как психолог спрашиваете или как следователь? — теряюсь от его вопроса. — Если вы намекаете на то, что я собиралась покончить с собой, то вы глубоко заблуждаетесь!..

— Тише, Тифани, — вздыхает он. — Я всего лишь хочу разобраться в том, где правда, а где ложь. Хочу понять, что могло бы заставить вас так поступить или убедиться в том, что вы ни за что так бы не поступили…

— В таком случае запомните раз и навсегда: я слишком сильно люблю свою жизнь, чтобы добровольно прощаться с ней!