Книга Холодною зимой метель нас закружила, страница 130 – Ольга Токарева

В могильной тишине раздавались приглушенные стоны колдуна и его бессвязное, отчаянное бормотание. Слова тонули в хрипах и всхлипах. Мне не было дела до его предсмертной исповеди, я пришла за местью.

Подлетев к нему, я занесла хайтан для удара, и в этот миг, словно почуяв дыхание неминуемой смерти, он резко обернулся. И я едва не отшатнулась. Передо мной предстала обугленная, искореженная маска боли — обожженное, запекшееся черно-кровавое месиво, сквозь зияющие провалы которого проглядывали белые осколки костей — скулы и лоб.

— Кто ты? — прохрипел он, безумно вращая глазами, пытаясь сфокусировать взгляд на моем лице.

— Неужели не узнаешь? — тихо поинтересовалась я, вкладывая в каждое слово сталь. — Посмотри внимательнее. Хотя, возможно, прошло слишком много времени, и ты позабыл о своих злодеяниях. Восемнадцать лет назад… Помнишь Лисанское ханство? Короля Мурахала Сах Парсаши и его семью, погребенную под руинами собственного дворца? В тот день ты совершил ошибку. Твое адское заклятье не смогло пожрать самую младшую дочь королевского семейства. Принцессу Ралину спасла гончая. Как видишь, я выросла, и каждый день, каждый час, каждую секунду мечтала о том, как вонзаю клинок в твое гнилое сердце, заставляя тебя испить до дна чашу кары за все твои злодеяния.

С этими словами мой меч вонзился в грудь колдуна, и я с наслаждением провернула сталь, и замерла в ожидании его смерти. Улыбка предвкушения расцвела на моих губах, но тут же померкла, разбившись о каркающий, истерический хохот колдуна.

— А-ха-ха-ха! — хрипло вырывалось из его глотки, радостные, каркающие звуки, словно воронье праздновало победу, и эхо разносило их по каменистым сводам подземелья.

На миг меня сковала растерянность. Я отшатнулась. Колдун, злобно ухмыляясь, принялся что-то шептать, совершая бессмысленные пассы руками. Не раздумывая, я рубанула мечом по его запястьям, отсекая скрюченные пальцы, а затем обрушила град хаотичных ударов на его тело.

Но, казалось, его это нисколько не тревожило, он продолжал надрывно смеяться, словно издеваясь над моей беспомощностью. Тогда, собрав всю волю в кулак, я размахнулась и снесла ему голову хайтаном. Покатившись по полу, она продолжала смеяться, будто насмехаясь над моим разумом, намереваясь свести меня с ума.

Костлявое тело, отделившись от головы, рухнуло на пол, а я отступила на шаг, наблюдая, как безголовый труп судорожно дергает обрубками рук и ногами, тщетно пытаясь подняться.

Из зияющих ран хлынули ручейки густой, темной жижи, мало похожей на кровь. Словно живые змеи, они извивались между угловатых камней, устремляясь к купели, наполненной непроглядной, темно-зеленой жидкостью, от которой исходил тошнотворный запах гнили и смерти.

Я завороженно наблюдала, как кроваво-темные дорожки стекают в каменную чашу, словно щупальца, расползаясь по поверхности, покрывая ее зловещей пленкой. Когда вся поверхность жижи была укрыта этой блестящей, переливающейся в свете факелов пленкой, грязная, зловонная масса под ней зашевелилась, словно живая.

Сначала проявились пять полусфер, а затем и головы… Меня охватила дрожь. Я отступила, чувствуя, как сердце бешено колотится в груди. Я понимала, что происходит. Колдун своей кровью оживлял приготовленных для перерождения мертвецов. Как справиться с таким врагом? Я не знала.