Книга Холодною зимой метель нас закружила, страница 133 – Ольга Токарева

— Не прячь лицо, свет очей моих, — прошептал он, словно заклинание, бережно убирая мои дрожащие руки. Его губы коснулись шрамов, прочертивших мою кожу, словно он читал книгу моей боли. — Диана… Я выжгу из памяти все тени прошлого. Я ждал тебя… целую вечность.

И вот его губы накрыли мои, словно пламя, пожирающее сухую траву. Это был поцелуй, сотканный из нежности и страсти, бережный и обжигающий одновременно. По телу разлилась лава, затмевая разум, стирая пепел разочарований. Мои пальцы блуждали по его могучим плечам, скользили по шее, утопали в шелковых черных волосах. Дыхание стало рваным, словно после долгого бега, а в душе просыпалось дикое желание — познать его, окунуться в пучину наслаждения.

Айэрон, словно читая мои мысли, подхватил меня на руки, как пушинку, и понес под сень вековых деревьев. Там, на изумрудном ковре травы, он осыпал меня поцелуями, словно звездным дождем, лишая остатков разума. Стоны, словно крики птицы, вырывались из моих опаленных губ, грудь вздымалась в агонии желания. В какой-то момент он замер надо мной, как грозовая туча, готовая разразиться бурей. Его глаза цвета глубокого моря гипнотизировали, и я, словно околдованная, провела пальцами по его губам, шепча одно лишь имя: Айэрон…

Словно услышав долгожданный призыв, он вошел в меня резким, обжигающим толчком. Боль пронзила, заставив содрогнуться, но когда он полностью овладел моим телом, она отступила, уступая место волшебной симфонии любви, рожденной из наших стонов и переплетенных тел. Волна неги затопила нас с головой, даря разгоряченным телам бурю блаженства и безумное удовлетворение.

Время застыло в тягучей патоке наслаждения, и реальность, словно мираж, отступила, когда солнце обагрило горизонт багряным поцелуем. Я поднялась, словно лунатик, ступая по горячему песку, чувствуя, как мышцы протестуют ленивой дрожью. Тело, словно арфа, отзывалось каждой струной неги, а губы сами собой расцветали улыбкой. Наклонившись за одеждой, я ощутила отвращение к вещам, пропитанным потом и кровью — печальным свидетельствам недавней битвы. Сменной одежды не было, и выбора, увы, тоже. Я только занесла ногу, чтобы облачиться в этот бренный саван, как вдруг…

Сильные руки, словно оковы, обвились вокруг моей талии.

— Куда же ты собираешься, беглянка? — прошептал Айэрон, обжигая мое ухо горячим дыханием и нагло прикусывая мочку.

— В гостиницу, куда еще, — ответила я, то ли с досадой, то ли с нежностью, утопая в разливающемся по телу тепле. — Не переживай, я вполне современная девушка и никаких претензий не предъявляю. Сама решаю, когда и с кем… Это было восхитительно.

И тут же, словно пушинка, я взлетела в его могучие объятия.

— Диана… Душа моя, неужели ты решила, что я позволю тебе уйти? Истинных пар Магарианские не отпускают, даже если мир Карварс рухнет в бездну! — прорычал он, и в голосе его звучала первобытная, неистовая сила. Его слова, как искры, подожгли мою память, но что-то ускользало, не давая схватить суть. — Ты моя жена… супруга… называй, как хочешь, но ты моя. Ни я, ни Адгур не позволим тебе исчезнуть. Мы найдем тебя на краю света, если потребуется. Нас с тобой теперь связывает невидимая, но крепчайшая нить.

Я вздрогнула, увидев, как по его лицу, словно тени, ползут черные чешуйки. Осознание, словно холодный душ, вылилось на меня. Я не хочу его отпускать. Сама мысль об этом ранила сильнее клинка, наполняя сердце ледяной тоской. Я шмыгнула носом и прижалась к его горячей, словно лава, груди.